"Когда я узнал, что к нам в ПАИ придёт работать Ольга Миронович, то подумал: "О, круто!" – рассказывает Артём Аванесов. – Хотя в то время я был системным администратором, сайт не читал и мне было по фигу, кто там что напишет. Насколько это "круто", я понял, когда меня наконец-то избавили от необходимости делать баннеры для журналистских публикаций, потому что с тех пор их стала делать Миронович".

Речь идёт о "баннерах", которые вы видите в верхней части сайта Псковского агентства информации. Это такие картинки-гиперссылки на те или иные материалы. Самый запомнившийся постоянным читателям ПАИ выводил на перепечатку из блога московской волонтёрки Елизаветы Олескиной про "наплевательское отношение к старикам" в Яммском доме-интернате. Это была репродукция с картины Иеронима Босха "Слепые" с подписью: "Одной ногой в могиле, а другой — в Ямме".

Корреспондент ПАИ Елена Лешкина изучает по этим баннерам скрытую Ольгину агрессию и подозревает её в изощрённой кровожадности.

Фото Анны Спиридоновой.

А корреспондента ПАИ Анну Спиридонову поразила поза, в которой Ольге Миронович работается лучше всего. Как видите, если кто-то и трудится спустя рукава, то к редактору Псковского агентства информации Ольге Миронович это ни в коем случае не относится.

Главный редактор ПАИ Анна Фёдорова пробует время от времени что-нибудь предпринять, чтобы Миронович не портила общую картину и барабанила по клавишам своего ноутбука наравне со всеми: "Оля, там по факсу ещё один труп прислали – обработай, пожалуйста, а то всем остальным сейчас очень некогда". Миронович, конечно, "обрабатывает" и этот труп, и все, какие ей спихивают, но при этом демонстративно погружается в уныние, всем своим видом давая понять, что всякие скучные задания, наподобие этого, её только расстраивают.

Когда ей приходится замещать заболевшего главного редактора, как это было на минувшей неделе, Ольга тоже заметно мрачнеет, утверждая, что ей "становится мучительно больно за бесцельно прожитые дни".

Пока у Миронович были "эти дни", корреспондент ПАИ Татьяна Никитина ожесточённо спорила с ней о правилах пунктуации. Как дипломированному филологу Татьяне никак не смириться с тем, что у Миронович исключений из этих правил больше, чем у кого бы то ни было...

"Исключением из правил" Ольга является с тех самых пор, как получила пятёрку на вступительном экзамене факультета журналистики МГУ по сочинению. Когда она пришла получать экзаменационный лист со своей исключительной оценкой, члены экзаменационной комиссии закричали: "Это она!", - и из других кабинетов журфака тут же начали выбегать люди, чтобы разглядеть её и запомнить. Многие преподаватели факультета журналистики начинали знакомство с Ольгиным курсом с того, что спрашивали: "А у вас хоть кто-нибудь написал вступительное сочинение на "пять"?" А один аспирант филфака МГУ однажды попробовал сразить Ольгу тем, что лично знает студентку журфака, которая написала вступительное сочинение на "отлично". "В таком случае загадывайте желание".

На самом деле Ольга тогда ещё Лагунина очень старалась не становиться журналистом:

- Потому что журналистом была моя мама, и мне совсем не нравилось, как беспросветно она работает. Однако избежать маминой участи мне так и не удалось. Мой бывший муж, помнится, однажды всерьёз принялся наезжать на редактора газеты "Новости Пскова" Владлена Смирнова, когда тот был моим начальником: "Объясните мне, пожалуйста, почему моя жена по вечерам и каждые выходные что-то "дописывает"?!"

Чтобы потом не носить работу на дом и не запираться каждые выходные на кухне, "дописывая" какой-нибудь срочный материал, Ольга уехала после девятого класса вместе со студентами Санкт-Петербургской Академии художеств на их студенческую практику в деревню Мелётово Псковского района и почти целый месяц, как большая, трудилась всё светлое время суток за этюдником. А потом ещё долго делала по десять обязательных карандашных набросков в день и по два часа в день занималась станковой живописью.

Акварель Ольги Миронович. 1984 год

...Двадцать лет спустя она встретила в Приказной палате Псковского кремля своего тогдашнего наставника — профессора Академии художеств Александра Константиновича Крылова.

- Я надеялась, что он меня не узнАет. Но он узнал. "Мне очень стыдно признаться, но живописцем я так и не стала", - виновато сказала я. - "Это ничего. С Вашим характером вы могли стать кем угодно".

Так Ольга "кем угодно" и работает. Теперь и в Псковском агентстве информации. Например, осенью 2011 года она работала на ПАИ ярым пропагандистом псковской Ганзы.

...Корреспондент ПАИ Елена Лешкина иногда начинает свой рабочий день с того, что прибирается на столе у Миронович. Миронович потом возмущается, как в сказке про трёх медведей, что кто-то посидел за её столом и нарушил её творческий беспорядок.

А ещё она говорит, что у неё никогда не было такой благодарной работы, как в Псковском агентстве информации. Особенно вначале, когда в форуме ПАИ ещё не было обязательной регистрации и почти под каждой публикацией Миронович появлялось не менее ста злых комментариев.

- Больше всего я радуюсь, когда читатели восхищаются на форуме героями моих публикаций и одновременно ругают автора за то, что он пытается очернить таких прекрасных людей. Мне вообще очень нравится, когда мои читатели всё правильно поняли, но при этом убеждены, что я неправильно пишу. Однажды они меня таким образом целых три дня подряд радовали. А после в форум зашли какие-то новые люди и ка-ак начали меня защищать. Один аноним даже написал, что более профессионального журналиста, чем я, в Пскове, ещё поискать.

 И вот тут меня переклинило. Я вдруг так испугалась не оправдать доверия своих внезапных "поклонников", что мне было никак не написать свою следующую статью. Я сразу захотела обратно в Мелётово... но потом закинула ноги на стол, "обработала" несколько трупов и понемногу пришла в себя (тем более, что в таких трудных случаях мне, как недавно выяснилось, можно приходить в кого угодно))

Псковское агентство информации.