Беррлагерь

Наконец-то мне удалось поглядеть в глаза тому самому козлу, на котором я въехала в Колумбийский университет.

 

 

Вот он, голубчик. Как видите, жив, здоров, и довольно упитан. А главное, по-прежнему чувствует себя в своей тарелке.

 

 

Если кого-то из его соседей по Спицинскому "зоопарку" и "оприходовали" с тех пор на горячее, то разве что вот эдаких братьев наших... больших.

 

 

А кроме того, их верных пернатых нетоварищей из соседнего "вольера" иногда подают к столу начинёнными яблоками вот в таком восхитительном виде.

 

На деревню к медведюшке

Отведать столь важного гуся в яблоках "по-гдовски" можно только в одном месте — а именно, на деревне Спицино, в ресторане "Медведь" базы отдыха "Чудское подворье". А ещё тамошний повар угостил нас в эту зимнюю стужу благоуханным супом из лисичек, которые он сам же и насобирал в двух шагах от кухни незадолго до первого снега.

 

 

Со стороны, то есть, с трассы Р60, которую обычно называют "гдовкой", может показаться, что от этих лубяных избушек, которые встали к озеру задом, а к туристам — передом, веет чем-то эдаким… Типа "там русский дух, там Русью пахнет".

 

 

Но, как говорится, не судите по внешнему виду. Некоторые местные жители искренне недоумевают, и как это только хозяина "Чудского подворья" земля носит. Уточняю, схожая об эту пору с вечной мерзлотой заснеженная гдовская земля - без пяти минут поле ратной славы.

 

Ведь в стародавние времена именно под такими, как он, басурманами разверзались льды Чудского озера, поглощая его тяжёло экипированных предков без остатка. И происходило это всего в каких-нибудь 35 километрах от деревни Спицино — на месте досточтимого Ледового побоища. А потому что кто с мечом к нам придёт — тот от меча и погибнет. 

 

Но к нашему-то герою это никоим образом не относится. Он-то ведь не с амунициями к нам пришёл, а с инвестициями. Сейчас узнаете, что из этого получилось, и каким надо быть немцем, чтобы не схлопотать карачун от всего того, что русскому здорОво. Например, от русской парилки, которая так ужасала иностранцев во времена Александра Невского.

 

Под потолком-полком

Наш гдовский немчин до такой степени не убоялся русской бани, что прямо в ней и поселился.

 

 

Он построил себе в Спицыно башню-сауну и теперь ютится со всеми своими российскими пожитками аккурат на третьем полке - чуть ли не над каменкой. А проживает он в этой бане примерно неделю каждого месяца, вот уже на протяжении пятнадцати лет проводя в гдовской глуши одну четвёртую часть свой жизни.

 

 

Зовут этого оригинала Хайнер Берр. Недавно Торгово-промышленная палата Псковской области организовала у него на "Чудском подворье" семинар на тему "Псковский регион в ВТО: новые возможности приграничного сотрудничества. Немецкий опыт инвестиций". Делился немецким опытом, соответственно, Хайнер, а другие псковские инвесторы, как потенциальные, так и состоявшиеся, и журналисты заодно с ними только диву давались.

 

Товарищ, я еду далёко

Как он сам рассказывает, Хайнера Берра ещё в юности потянуло на чужбину. Когда он был студентом, то возил немецких туристов в Норвегию. Но Норвегия его почему-то так и не пленила. Он предпочёл ей зону экстремального предпринимательства, каковой была и остаётся Россия, и в особенности российская глубинка.

 

Но начинал-то Берр не с глубинки, а с того, что в начале 90-х был приглашён в Москву консультировать ведомство Чубайса, а после в рамках межправительственных российско-германских соглашений сотрудничал с администрациями пятнадцати субъектов РФ. Ведь у Берра в Веймаре есть консалтинговая фирма, а ещё он занимается в своей Германии машиностроением. Его веймарский компаньон так до сих пор и работает в столице нашей родины – помогает москвичам отлаживать жилищно-коммунальное самоуправление. А вот Хайнера почему-то прельстило непаханое бизнесменами гдовское поле с видом на озеро, где его предшественники потерпели такое сокрушительное поражение.

 

 

Загадочное русское предпринимательство

 

Берр не скрывает, что соблазнился непредсказуемостью российского рынка. У себя в Германии он, по его словам, заранее может всё просчитать, спрогнозировать, а в России вынужден работать в условиях импровизации. К тому же на Западе в любой сфере деятельности все самые "грибные места" уже заняты. Если хочешь попробовать себя в новом деле, проще высадиться на Луне и начинать свой бизнес там, чем вторгнуться на чужую территорию в своём собственном государстве.

 

Ещё отличие. В Германии, рассказывает Хайнер, только попробуй, сорви сроки поставки или не выполни контракт. Никого не волнует, что у тебя автомобиль сломался или загрипповали рабочие. Одно из немецких предприятий нашего гдовского инвестора однажды поневоле просрочило договор с американцами. И всего-то на несколько дней. Те немедленно вкатили своим веймарским поставщикам штраф в 100 тысяч евро.

 

В России, объясняет Берр, легче поменять делового партнёра, чем добиться от него выплаты неустойки. С одной стороны, это крайне усложняет дело, а с другой… можно хотя бы немного расслабиться. "Я уже даже в какой-то степени привык к такому, великодушному, стилю работы", - сознался хозяин "Чудского подворья", и стало очень похоже на то, что Хайнер Берр изобрёл для себя пускай чересчур замысловатый, но однако же очень действенный способ релаксации – бизнес по-русски. Принимать раз в четыре недели.

 

Пока суд да дело

А впрочем, Берр уверяет, что из-за этой гдовской эпопеи у него вся голова седая. Когда-то местные власти пообещали немецкому инвестору режим наибольшего благоприятствования. После этого районом стали руководить совсем другие люди, которые благополучно сложили с себя все взятые их предшественниками обязательства.

 

Хуже того, через некоторое время на облюбованные немецким инвестором спицинские земли позарились местные воротилы, поэтому у Хайнера начались проблемы. "Немецкий опыт" помог ему в решении этих проблем лишь отчасти.

 

Дело в том, рассказывает он, что в Германии ему крайне редко доводилось участвовать в судебных разбирательствах. Один раз его вызывали в суд как свидетеля, в другой раз – как ответчика, когда его рабочий получил производственную травму из-за нарушений правил техники безопасности. Итого - дважды за тридцать лет.

 

В России Хайнер Берр заделался настоящим сутяжником: у него на счету уже 25 судов. И это всего за каких-нибудь десять лет бизнеса по-русски.

 

…Тем временем он успел построить в деревне Спицино 50 домиков.

 

 

Дом по имени Володя

 

 

Собирая эти дома по брёвнышку, Хайнер сменил с десяток прорабов из разных строительных фирм "один другого хуже", пока не сколотил свою собственную команду плотников. Зато теперь у каждого из возведённых на "Чудском подворье" теремков есть человечье имя. Они проименованы в честь людей, которые приложили к их строительству руку. А может, и душу.

 

 

Например, проходим это мы мимо домика по имени "Владимир". "Хороший этот Володя мужик, хотя раньше ох как крепко пил. Он у нас с самого начала трудится, теперь вот на водоканале", - рассказывает переводчик Хайнера, бывший сельский учитель Николай Горелов, имя которого красуется на другом таком же домике.

 

 

Кстати, когда Борис Д. с Владимиром эти одушевлённые избушки строили, то постарались "не завалить" ни одного дерева и упрятали все ведущие к зданиям коммуникации под землю. Поэтому вы не увидите на "Чудском подворье" столбов в электрическими проводами.

 

 

И автомобилей на территории турбазы тоже не видите: им запрещено заезжать за ворота, чтоб не травмировали незначай местное редколесье, не повредили лыжню.

 

 

Как вы уже догадались, сработаны спицинские избушки с поистине немецкой дотошностью. Нанятых на стороне строителей потому и прогнали, что они трудились кое-как. Едва похолодало, именно в тех первых домиках, которые собирали шабашники, и засвистели сквозняки. Пришлось увековеченному на табличке Владимиру и его не менее именитыми товарищам заново прокладывать там теплоизоляцию и подгонять брёвна поплотнее одно к другому.

 

 

Ещё хочу заметить, что Берр намеревался самым благородным образом поддерживать местного производителя. Например, вначале он покупал для своих домиков печорскую черепицу. Пока она вся как есть не полопалась.

 

Настроенческое

Качество российских строительных работ и материалов непостижимо Беррову уму. Его "сторожевую баню" в три этажа строила одна очень пафосная питерская фирма. Хайнер нанял этих умельцев задорого, потому что ещё не знал, что бывает, когда в России хотят сделать как лучше.

 

Вид из сауны.

 

Немного погодя брёвна в его обжитой бане всё равно рассохлись и тоже начали отходить одно от другого, теплоизоляции между ними опять же не оказалось (пришлось заново запихивать в щели паклю), а с потолка над камином ещё вдобавок потекло, потому что горе-строители не удосужились как следует укутать трубу.

 

 

Кто-то из первых посетителей этой башни-сауны к тому же ухитрился проломить бочку, вода хлынула со второго этажа на первый и надолго вывела из строя все коммуникации. Так что теперь в баню к Хайнеру (с панорамным видом на озеро, между прочим) пускают только самых проверенных постояльцев "Чудского подворья". А остальные совершают водные процедуры у себя в домиках. Тем более, что во многих из этих избушек есть свои сауны или как минимум отделанные по немецким стандартам душевые кабины.

 

 

Только вот Хайнер никак не привыкнет, что зимой рыбаки, ничтоже сумняшеся, чистят в этих душевых кабинах рыбу, могут тесать поленья прямо на деревянном полу ручной работы, да к тому же нещадно разбивают половицы своими тяжёлыми ботинкам с вкрученными в подошву саморезами. А в довершение всего почему-то заваливаются по трое на одну кровать, причём в полной амуниции, ну только что не с ледобурами в руках, и выдирают из потолка пожарную сигнализацию, чтоб не пищала, когда им вздумается покурить прямо в постели.

 

Так что к нашествию рыбаков на "Чудском подворье" готовятся, как к Ледовому побоищу. А самые желанные для Хайнера и его сотрудников клиенты — семьи с детьми. Это для них в деревне Спицыно устроили зоопарк с козлами, организуют велосипедные и лыжные прогулки, заливают каток, придумали показательную выпечку хлеба с коллективным взбиванием масла, а также планируют закатывать "рыцарские" обеды с меню и костюмами эпохи крестоносцев.

 

Ведь Хайнер знает, что в его бизнесе надо каждый год предлагать клиентам что-то новенькое. И поэтому не удивляется, когда очередные постояльцы с пристрастием допытываются, какие им тут ещё могут оказать услуги, кроме ночлега.

 

Его удивляет другое. Что потом они спят до обеда, развлекаются только тем, что жарят шашлыки, да просиживают до темноты на своих верандах, расслабленно наблюдая за детьми, которые возятся с животными. А впрочем, Хайнер признался, что именно эта идиллическая картинка умиляет его больше всего.

 

 

Правда, ближе к вечеру сотрудники турбазы иногда сообщают ему, что кое-кто из посетителей ресторана так напился, что ни в какую не хотел возвращаться в свой домик… или так напился, что разбил жаропрочное каминное стекло за сколько-то там десятков тысяч рублей… Но "это такие обычные житейские истории", бодро констатирует он и всё равно обозревает своё гостиничное хозяйство с нескрываемым удовольствием.

 

Видимо, "напрасно дедов слово затвердил народный ум: "Что для русского здорово, то для немца карачун!" Если только слово "карачун" не означает крайнюю степень восторженности.

 

Не кочегары мы, не плотники

В Гдовском районе Хайнеру, конечно, не пришлось никого распихивать локтями, чтобы отвоевать себе место на рынке гостиничных услуг. Так ведь и рынка труда он там тоже не обнаружил.

 

На сегодня он создал в своём "Чудском подворье" 20 рабочих мест. Несмотря на то, что Берр, по сути, построил в Спицино деревнеобразущее предприятие, из коренных спицинцев у него на турбазе трудятся всего два человека. Это те, кто захотел и смог воспользоваться немецким шансом. В итоге даже уборщицу для "Чудского подворья" пришлось искать в Пскове: она так и ездит каждый день на работу и с работы за 100 километров от дома.

 

По словам Хайнера, кадровый голод ощущается сегодня во всём мире, но в России он какой-то особенно беспощадный. Например, недавно Берру пришлось набирать персонал для его петебургского офиса, где всего-то пятеро сотрудников. На объявление откликнулись больше ста человек с университетским образованием, знанием языка и опытом работы. Угадайте, сколько из них успешно прошли собеседование? Ни одного.

 

Рассказывая про свой веймарский бизнес, Берр особо подчёркивает, что ему не о чем беспокоиться в его долгих заграничных отлучках: мол, у него на предприятиях работают очень добропорядочные и "совестливые" люди. Подобрать команду таких же совестливых сотрудников для "Чудского подворья" у нашего немецкого друга получилось далеко не сразу. Даже с заместителями управляющего турбазой приходилось то и дело расставаться. Солидные, казалось бы, дяденьки из тех, чьи имена сегодня у всех на слуху, попадались на смешных прикарманиваниях: то он посещение клиентом бани позабыл вписать в ведомость, то запамятовал сдать в кассу заплаченные постояльцем деньги…

 

А ещё Хайнеру не понять, почему скучающий на кухне в будний зимний день повар не желает помыть посуду за единственным заглянувшим в ресторан посетителем. По разумению практичного немца, в такие неурожайные дни незачем держать на стрёме лишний обслуживающий персонал, ведь у повара с лихвой хватит времени не только на то, чтобы перемыть всю посуду, но даже и на то, чтобы прибраться в туалетах. Однако здешние повара так почему-то не считают.

 

А главное, Хайнеру обидно, когда отобранные с такой тщательностью и терпеливо обученные основам гостиничного и ресторанного бизнеса по-немецки люди вдруг уходят от него по-английски. Просто потому, что они подыскали себе соответствующую их новым навыкам, но более высокооплачиваемую или более комфортную работу.

 

Или потому что их переманили конкуренты. Бывшего шеф-повара ресторана "Медведь" из деревни Спицино недавно как раз переманили в ресторан деревни Алтун.

 

Больше подворьев, хороших и разных!

Хайнер утверждает, что в Германии люди строят свою карьеру более основательно. По его словам, они подолгу учатся своей профессии, а потом целенаправленно продвигаются по служебной лестнице, а не перескакивают с одного тёплого места на другое: месяцок на одном предприятии подработали, недельку - на другом… Немца ужасно огорчает, что у русских за последние двадцать постсоветских лет возобладала психология подёнщиков.

 

В общем, наш немецкий инвестор к огромному сожалению для себя убедился, что неразвитость рынка, и особенно, рынка труда, нисколько не способствует процветанию одного, отдельно взятого, гостиничного предприятия. Поэтому Хайнер Берр теперь только посмеивается, когда его сотрудники, берут, если так можно выразиться, работу на дом. Как тот же переводчик Николай, взрослый сын которого недавно построил недалеко от Спицино частный гостевой домик по образу и подобию тех, что находятся на турбазе.

 

Главный конкурент.

 

"Это теперь наш главный конкурент, - подшучивает над Николаем Берр. – Он наговаривает нашим потенциальным клиентам, что в "Чудском подворье" селиться опасно. А если серьёзно, то он нас очень выручает, когда рыбакам на турбазе не хватает места и они не знают, куда ещё можно приткнуться на ночлег".

 

Хайнер уверяет, что был бы только рад, если бы вокруг появилось ещё много таких же, как "Чудское подворье", гостевых деревень: "Их постояльцы сразу бы узнали, что у нас лучший в округе ресторан, и у меня бы отбоя от посетителей не было!"

 

 

Тятя, тятя в нашей Сети...

 

Чтоб отбоя от посетителей, действительно, не было, Хайнер активно продвигает "Чудское подворье" в Интернете. Только за ноябрь сайт его гостиничного комплекса посетили почти 14 тысяч человек.

 

Это обходится немецкому инвестору примерно в 30 тысяч рублей ежемесячно. За эти деньги специально обученные люди (из Санкт-Петербурга) ежедневно загружают информацию о "Чудском подворье" во все поисковые системы, и следят, чтобы на любые интернет-запросы о загородном отдыхе в Псковской и даже Ленинградской областях, в списке предложений первым делом выскакивало Спицыно.

 

Единственная чисто, опять же, российская проблема, которую Берр никак не может решить, – это невозможность проконтролировать завербованных им бойцов невидимого интернет-фронта. Поэтому он старается менять их примерно каждые полгода. Ведь всякий раз, когда новый интернет-работник приступает к своим обязанностям, посещаемость сайта "Чудского подворья" начинает расти, как на дрожжах, но проходит месяц-два, и энтузиазм любителей загородного отдыха почему-то иссякает… пока их привлечением на сайт не начинает заниматься новый человек.

 

Кстати, наблюдая за посещаемостью сайта, Хайнер открыл для себя ещё одну удивительную для него чёрточку россиян: "Они сидят в Интернете в рабочее время!"

 

Ну и пускай сидят, а в выходные выдвигаются в Спицыно, решил гдовский хотельер. Ведь он скрупулёзно подсчитал, что турагентства поставляют ему всего только 10% клиентов, 25% приезжающих на турбазу – это завсегдатаи, ещё 25% - те, кто узнал про "Чудское подворье" по "сарафанному радио". Ну а львиную долю посетителей  – более 40% - Хайнеру доставляет именно Интернет.

 

"Поэтому не важно, насколько хороши ваши домики и как вкусно кормят в вашем ресторане, - учил нас немецкий инвестор. – Если вы не умеете развивать свой бизнес с помощью Интернета, вам ничто не поможет!".

 

Вот те валенки. Мёрзнешь, небось?

В этом году Берр Хайнер заплатит в бюджет Псковской области почти 40 тысяч евро налогов. При этом он ни разу за минувшие годы не кредитовался ни в одном из российских банков. Просто потому что ему не нравятся здешние проценты по кредитам.

 

 

Естественно, мы поинтересовались, как часто всякого рода государственные проверяльщики донимают "Чудское подворье" своим назойливым вниманием. Берр даже и припомнить вот так, сразу, не мог, когда они наведывались к нему в последний раз. Было это, по его словам, "давно" - месяца два назад. Он сказал, что первое-то время пожарные и санэпидемстанция следили за его бизнесом неусыпно. Но как только убедились, что Хайнер принёс на гдовскую землю не только веймарские капиталы, но и веймарские порядки, то почему-то потеряли к нему избыточный интерес.

 

Так что, в отличие от большинства псковских предпринимателей, Берр нисколько не в обиде, например, на тех же пожарных. Наверное, потому, что он следит за пожарной безопасностью своих владений почище любого пожарного инспектора. Он даже привёз с собой из Германии специальные приспособления для чистки спицинских труб, потому что у него на родине трубочистам предписано прочищать печные трубы не реже двух раз в год, а Хайнер, как вы уже поняли, не намерен отступать от этого правила, где бы его трубы ни находились.

 

Приехавший с нами завхоз Торгово-промышленной палаты попробовал было научить немца чистить печные трубы с помощью картофельной кожуры, но на Хайнера эти "бабушкины хитрости" не произвели ни малейшего впечатления. Вот и валенок он не носит. У него вместо валенок "термосапоги", а вместо ушанки, надо полагать, какая-нибудь "термошапка".

 

Немецкий прикол: метеостанция деревни Спицино. Летний ледяной душ для самых любопытных.

 

А может, это его наши российские трудности так закалили, что он расхаживал по своему "Чудскому подворью" в одном пиджачке, пока другие участники семинара кутались в меха, едва попадая зубом на зуб.

 

В общем, не хочет этот немецкий инвестор с нами ассимилировать. Хочет нас обуть. А вернее, переобуть. В свои "термосапоги". А было бы неплохо.

 

Надежда, мой компас земной

 

Щедро делясь своим образцово-показательным инвестиционным опытом, Хайнер всё-таки озвучил секретный ингредиент. Оказывается, для успешного ведений бизнеса на российской земле необходимо первым делом обзавестись надёжным русским компаньоном – "который примет главный удар на себя".

 

 

Таким компаньоном для Берра стала генеральный директор "Чудского подворья" Надежда Александрова. Кто вместе с университетской профессурой славного города Нью-Йорка внимательно читал мою статью про козла на блюдечке, тот, конечно, помнит, как феерично она выступала на первой областной конференции по сельскому туризму. Ну не зря же эхо от той речи докатилось аж до Манхеттена.

 

В гостиничный бизнес Надежда пришла вот каким образом. Когда Берр только появился на псковской земле, она работала в областной администрации. Он к ней присмотрелся повнимательнее и говорит: "Хватит болтать языком, берись-ка за дело!".

 

 

Участники семинара, естественно, спросили у Берра, а вот если бы ему пришлось начинать свой заграничный бизнес заново, он бы теперь какую страну выбрал: Россию или Норвегию. Хайнер был непреклонен: конечно же, Россию. Но с оговоркой, что как специалист по консалтингу он бы никому не советовал следовать своему примеру.

 

 

Тогда мы сформулировали свой вопрос несколько иначе: где у господина Берра лучше получается вести дела – на родине или в псковской глубинке. Хайнер ответствовал так: "Я не могу сравнивать, потому что не умею работать лучше или хуже. Я работаю или хорошо или никак".

 

 

Ольга Миронович, Псковское агентство информации.

Ольга Миронович
Версия для печати












Рейтинг@Mail.ru
Идет загрузка...