2
  • Коротко
Жилконтора

11 пятилеток ЖБИ-1 (часть 1: 1960-1965)

С 1960 года ведёт отсчёт своей истории псковский завод ЖБИ-1 – нынче одно из ведущих строительных предприятий региона, которое давно уже вышло и на соседние рынки – Петербурга, Новгорода… А начиналось всё с нескольких разрозненных цехов, созданных в структуре 44-го строительного треста Ленинградского совнархоза на волне массовой застройки практически полностью уничтоженного во время войны города. И практически на всех крупных стройках Пскова (да и области!), использовалась затем продукция завода. Он рос вместе с городом, развивался, переживал подъёмы и спады, чудом выдержал кризис 90-х, возрождался, внедряя новые технологии, и сегодня преобразился в современное предприятие, которое 1 апреля 2015 года отпразднует 55-летие. В истории завода - как в капле росы -отразилась эпоха. Псковское агентство информации к юбилею предприятия запускает спецпроект «11 пятилеток ЖБИ-1»: следя за становлением и развитием столь важной для региона промышленной организации, мы будем вспоминать, какой в это время была страна и город. Для кого-то это станет любопытным воспоминанием, а для многих – уже увлекательным открытием. Сегодня мы представляем вам первую часть, посвященную 1960-1965 годам. 

«Вторая весна семилетки»

В Советском Союзе, как известно, была плановая экономика, и вся хозяйственная деятельность подчинялась пятилетним планам – пятилеткам. Весна 1960 года, откуда берёт начало эта история, был в этом плане особенным – это была вторая весна семилетки.

Во второй половине 50-х страна, постепенно восстанавливающая после военной разрухи, переживала промышленный бум и бурный рост экономики. Было заложено множество промышленных и инфраструктурных объектов, однако ещё больше требовалось построить,  заметно увеличилась доля городского населения, в трудоспособный возраст вступило многочисленное поколение второй половины 30-х годов: в стране появилось много новых рабочих рук, но при этом резко возросла потребность в строительстве жилья. «Холодная война» с её гонкой вооружений требовала динамичного развития военно-промышленного комплекса, на который работали во всех уголках Союза. При этом к концу 50-х СССР стал крупнейшей нефтедобывающей страной, что способствовало развитию транспорта (резко возросло производство легковых автомобилей) и энергетики.

В результате в мае 1957 года прозвучал знаменитый лозунг «догнать и перегнать Америку». В первородном варианте это относилось лишь к производству мяса, молока и масла на душу населения. Однако затем формула стала универсальной.

Между тем, государство всё же не успевало за своими амбициозными целями, определёнными на 6-ю пятилетку (1956-1960), и по инициативе тогдашнего лидера СССР Никиты Хрущёва в 1959 году был принят особый план: не пяти-, а семилетний, который попросту растягивал и расширял ранее поставленные задачи.

Фактически семилетка и эпоха закончились в октябре 1964 года, когда Хрущёв был смещён со своего поста. Страну возглавил Леонид Брежнев, а «оттепель» сменилась «застоем».

Тем не менее, страна за прошедшие годы смогла совершить настоящий рывок: за семилетку национальный доход СССР увеличился на 53%, производственные фонды выросли на 91 %, продукция промышленности - на 84%. Лишь в сельском хозяйстве рост оказался значительно меньше запланированного - 15% вместо ожидаемых 70%. Реальные доходы населения выросли на одну треть. Были введены зарплаты и пенсии колхозникам. Частично была решена жилищная проблема.

Оттепель

В общественной жизни первая половина 60-х – знаменитая «оттепель», время «шестидесятников»: эпоха расцвета культуры, смелых творческих экспериментов, особого романтизма и оптимизма в обществе.

Это время нескольких важнейших исторических событий XX века: первого полёта человека – Юрия Гагарина - в космос в 1961 году, «Карибского кризиса» 1962 года, когда из-за противостояния СССР и США из-за размещения ракет в Турции и на Кубе мир стоял на пороге ядерной войны…

Начинается период с широкого освещения в прессе легендарного спасения экипажа дрейфовашей 49 дней в океане самоходной баржи Т-36 – советских военнослужащих Зиганшина, Поплавского, Крючковского и Федотова, которые чудом сумели выжить, не имея практически никаких запасов еды и питаясь в том числе собственными кожаными ремнями и сапогами. Эта история стала настолько популярной, что о ней было написано несколько песен, в том числе Высоцким, снят фильм, а, кроме того, в ходу ещё долго была фольклорная переделка «Зиганшин буги, зиганшин рок, Зиганшин съел сырой сапог…» и считалочка «Юрий Гагарин, Зиганшин татарин…».

Затем 1 мая 1960-го в небе над Свердловском был сбит американский самолёт-разведчик U-2, который пилотировал Фрэнсис Гэри Пауэрс. Пилот катапультировался и попал в плен. США не стали извиняться за шпионаж и, напротив, заявили о намерении продолжать подобную практику, в связи с чем весь май даже в областной газете «Псковская правда» чуть ли не еженедельной выходили материалы о заявлениях советского правительства, пресс-конференциях по теме для французских журналистов во время европейского турне Хрущёва и даже митингах в районах Псковщины, посвящённые данному инциденту. Вот заголовки того времени: «Гневный голос протеста», «Сбили и будем сбивать», «Запомните, господа агрессоры!», «Не позволим!», «Правильно, Никита Сергеевич!»…

А ещё в это время даже областные газеты пестрят материалами и карикатурами на тему массового сева «царицы полей» - кукурузы, ставшей ещё одним из символов хрущёвской эпохи. До 1957 года в СССР кукуруза в структуре зерновых посевов составляла не более 15%, тогда как в Северной и Южной Америках, Австралии – более 30%. После знаменитого «догнать и перегнать», площади посевов кукурузы как панацеи для спасения малоэффективного советского сельского хозяйства. А после визита советского лидера 1959 году в США, где тот побывал в штате Айова у знаменитого фермера Рокуэла Гарста, выращивавшего гибридную, особо урожайную кукурузу, в СССР выращивание этой культуры стало поистине массовым: её сеяли даже в северных областях, в том числе и в Псковской, хотя севернее Москвы это было неэффективно. Однако в «Псковской правде», например, по этому поводу ёрничали над «пессимистами».

«Живи ещё хоть четверть века…»

Листая страницы псковской прессы 60-х, постоянно находишь те или иные аллюзии к современности.

Вот один из читателей написал письмо в редакцию «Псковской правды», в котором «обратил внимание» городских властей и ГАИ на отсутствие в городе …специальных велосипедных дорожек. ГАИ ответило, что неоднократно вносило такие предложения на рассмотрение горисполкома, в результате чего соответствующие работы были включены в программу обеспечения безопасности дорожного движения на… 1983-85 годы и на период до 1990-го.

А вот в заметке «Пройдёмте по городу» рассказывается об одном из ветхих домов, который давно был определён к сносу, но так и не расселялся. В той же зарисовке – до боли современный рассказ о том, как в Музейный переулок, который собирались после строительства детского сада №16 заасфальтировать, вслед за строителями пришли землекопы «Водоканала» и… несколько лет после там по-прежнему «зияют ямы, промоины»…

Или другой случай – обсуждение популярных и сегодня вопросов исторического наследия: на страницах областной газеты весной 60-го завязался заочный диалог инженера-строителя Рослякова и главного архитектора города Кленевского. Речь шла о том, что пора снести старую церковь на перекрёстке улиц Карла Маркса и Единства (была такая улица!), которая, якобы, является ветхой и при этом не представляет исторической ценности, так как является поздней постройкой, заслоняющей настоящий памятник – церковь Петра и Павла с Буя. Оба автора апеллировали к чиновникам горисполкома в надежде на то, что те поддержат инициативу…

Псков 1960-го

Во время Великой Отечественной войны Псков был разрушен практически полностью. После освобождения в 1944 году в городе оставалось всего несколько десятков относительно пригодных для жилья зданий. Также обстояли дела и во многих других городах области.

В связи с этим 1 ноября 1945 года постановлением советского правительства были определены 15 городов РСФСР, подлежащих первоочередному восстановлению – в этот список попали Псков и Великие Луки.

Однако, даже через 15 лет - к 1960-му году – областной центр лишь начинал активно застраиваться. Весной в том году вовсю кипит стройка в квартале на берегу Великой между площадью Ленина и нынешней областной библиотекой.

Финишные работы ведутся в строящемся здании Псковского педагогического института, которое изменило до неузнаваемости довоенный облик центральной площади. При этом Дом культуры профсоюзов (нынче – Дом семьи) – ещё только в планах. Нет пока нынешнего здания с магазином «Стекляшка», зато с другой стороны дороги, от храма Михаила и Гавриила Архангелов до здания вуза (где теперь разбита зелёная зона), тянется ещё цепочка малоэтажных строений…

Сейчас сложно представить, но на Завеличье к тому времени город фактически заканчивается в районе улицы Киселёва, а дальше начинается частный сектор – вплоть до расположенного в нескольких километрах от центра в направлении Изборска новеньком телецентре. Весной 60-го он ещё только достраивается, а первые передачи выйдут в эфир в ноябре того же года при помощи одной из первых установленных в провинциальных городах СССР телебашни, привезённой прямо с выставки в Брюсселе. Благодаря этому фантастическому случаю Псков стал одним из первых городов страны, где появилось своё, местное телевидение.

При этом ещё в апреле 60-го в псковской молодёжной газете «Молодой ленинец» нетерпеливый читатель по фамилии Круглов спрашивал, когда начнутся первые передачи. В ответе ему за подписью руководителя начальника дирекции радиотрансляционных сетей Александра Нюнюшкина было сказано, что телецентр строится вне плана за счёт экономии средств областного бюджета, первоначально выделенных на другие цели. При этом стоимость строительства составляла 14 млн ₽ в ценах того времени (огромная сумма по нынешним временам!). И всё же вечером 4 ноября 1960 года первый диктор Псковской студии телевидения Людмила Федорова объявила с экрана о начале регулярных передач Псковского телецентра. Тогда вещание проходило два-три раза в неделю - по два-три часа. Сигнал доходил до зрителей, которые жили в 5-10 км от телебашни. Весь комплекс телецентра был введён в эксплуатацию лишь в 1963 году, когда начались трансляции и центрального ТВ.

Вообще, в 60-е псковские газеты массово освещают строительство в городе. В газетах регулярно выходят фотоотчёты со строек, статьи на тему новых технологий строительства.

В частности, широко «рекламируется» применение сборных железобетонных изделий для ускорения темпов строительства, без чего задачи «семилетки» никак не выполнить. Постепенно на страницах газет начинает мелькать и продукция нового производственного комбината «Стройдеталь» 44-го строительного треста Ленинградского совнархоза – того самого предприятия, которое затем станет псковским заводом ЖБИ-1…

«В целях обеспечения выполнения возросшей программы…»

Фактически история ЖБИ-1 начинается с постановления Совета народного хозяйства Ленинградского экономического административного района от 18 марта за №125 «Об изменения в структуре хозрасчётных подразделений Управления строительства Ленсовнархоза на 1960 год». Этим постановлением «в целях обеспечения выполнения возросшей программы работ Управления строительства…» было, среди прочего, образовано несколько одноименных предприятий с незатейливыми названиями «Производственный комбинат «Стройдеталь» в структуре 33, 44 и 43 трестов в Ленинграде, Пскове и Новгороде соответственно.

День рождения 1 апреля на предприятии празднуют, впрочем, на основе другого документа – уже «внутреннего» приказа по 44-му тресту от 31 марта 1960-го. По этому приказу первым руководителем новой организации – в ранге исполняющего обязанности директора – был назначен И. Васильев.

Уже в мае того же года предприятие начало отгружать первую продукцию. В тот момент списочное количество рабочих на комбинате составляло 192 человека.

Как вспоминает ветеран завода Алевтина Горюшина, которая пришла на комбинат в мае 1960-го через несколько лет после окончания строительного техникума (и проработала там до конца 90-х), в то время первые цеха предприятия было «разбросаны» по нынешней территории промзоны от реки Великой до гдовской дороги.  Её цех располагался в районе нынешнего Льнокомбината (непосредственно возле улицы Леона Поземского). Вскоре – через несколько лет -  все цеха всё же удалось собрать в одном месте на берегу реки, где до сих пор располагается завод. Правда, тогда предприятие было куда скромнее по размерам.

Алевтина Горюшина в годы работы на ЖБИ-1

Расположение завода, сейчас вызывающее вопросы (в таком завидном месте – на берегу реки с видом на Кром!), в то время казалось более чем подходящим. Тут же на реке баржи намывали песок и складировали его либо на берег завода, либо с другой стороны реки – у Степановского лужка. Рядом удобно было готовили известь: место-то расположено на известняковой плите. В ту пору известняковый щебень возили из Изборска, а вот гранитный – для особо прочного, высокомарочного раствора - первоначально производили сами: на территории комбината была построена камнедробилка, благо валунов и в округе, и на обрабатываемых колхозных полях находилось немало. Через пару лет гранитный щебень  начали возить из Карелии. Бетон доставляли из Пикалёво (высокомарочный) и из Сланцев (низкомарочный).

В то время район нынешней улицы Алмазной был фактически пригородом. Единственным способом добраться до него был автобусом №7, который ехал по улице Ижорского батальона до мясокомбината. А оттуда – пешком по пустырям. Никаких нормальных асфальтированных дорожек в ту пору ещё не было, поэтому универсальной обувью многих рабочих были резиновые сапоги…

Причём, комбинат работал в две смены – с 7 утра и до полуночи. Специально для рабочих завода последний рейс «семёрка» совершала в 0:30: полчаса чтобы добраться до остановки.

Алевтина Горюшина пришла на завод «пропарщицей» - есть и такая специальность при производстве железобетонных изделий, которые «пропариваются» в специальных камерах. Пропарщица занималась тем, что отбирала пробы бетона и формировала специальные кубики размером 15х15 см, которые, после обработки на виброплите вместе с основными изделиями помещались в пропарочные камеры – затем их передавали в лабораторию для контроля качества используемого бетона.

Первой продукцией комбината стали пустотные плиты перекрытия, фундаментные блоки и подушки, монолитные колонны, которые шли в первую очередь на строительство крупнейших псковских заводов – АДС [аппаратуры дальней связи], АТС [автоматических телефонных станций], Завод зубчатых колёс [знаменитая «зубчатка», впоследствии – Псковский завод механических приводов, ПЗМП], ТЭСО [тяжёлого электросварочного оборудования, нынче – «Псковэлектросвар»], ЖБИ-3... Железобетонные изделия поставлялись и для расширения в 60-е годы ещё не набравшего полную силу Псковского радиозавода. Именно 60-е – время огромной стройки не только гражданских и общественных зданий, но и промышленных комплексов. И, таким образом, ЖБИ-1 был причастен к созданию практически всего основного промышленного потенциала областного центра.

«Считай, почти весь город на нашей продукции построен – начинается же дом с фундамента, а этом как раз фундаментные подушки и блоки»,  - улыбается Алевтина Горюшина.

Параллельно завод «строил сам себя» - нужны были новые цеха, новые производственные помещения огромного объёма: все сборные конструкции для строительства «полигона» (цеха под открытым небом для создания особо крупных изделий), будущих 1, 2, а затем и 3-го «пролётов» (так на предприятии называются крупнейшие, длиной в несколько сотен метров, производственные здания)…

Но это – уже история следующих пятилеток…

Версия для печати


Идет загрузка...