Перед Вами "Спас Вседержитель". Та самая икона, передача которой из Псковского музея-заповедника на временное хранение в Спасо-Елеазаровский монастырь не избежала полемики. Однако не только в споре, но и в беседе с компетентным и объективным человеком, может родиться истина. Таковым мы сочли учителя псковских реставраторов, проректора по научной работе Санкт-Петербургской академии художеств, доктора искусствоведения, профессора Юрия Григорьевича Боброва.

Юрий Григорьевич, что Вы думаете по поводу передачи иконы "Спас Вседержитель" на временное хранение в монастырь?

Это очень серьёзный вопрос. Во-первых, она должна быть осуществлена на определённое время, на чётко оговорённый срок, если уже есть такая договорённость. Во-вторых, в монастыре, в котором она будет находиться, необходимо создать соответствующие условия. В частности, должна быть грамотно сделана кассета для иконы, в которой будет поддерживаться определённая температура и влажность, она должна регулироваться. Ведь для живописи на дереве очень опасны колебания температуры и влажности. Нужно предусмотреть возможность эту вещь вынимать из кассеты, осматривать и составлять акт сохранности. За её сохранность отвечает хранитель музея, материально ответственное лицо, и реставратор как специалист. Эти два человека должны регулярно осуществлять осмотр, составлять акт и подписывать его. Должна вестись документация, которая в любой момент позволит вмешаться и провести нужные работы или изменить условия хранения. Вот такой контроль должен быть, тогда передача вполне возможна. Для этого надо заключить договор между монастырём и музеем, в рамках которого последний будет осуществлять надзор.

А на сегодня условия хранения этой иконы соответствуют нормам?

В музее освещение недостаточно правильное, эта экспозиция была сделана давно, лампы не рассчитаны. С тех пор, когда делалась экспозиция, прошло столько лет! За это время климатология и наука хранения ушли далеко вперёд. Но новое оборудование стоит денег: современные лампы, которые дают правильный спектр, довольно дорогие. Да, и как-то по-старинке разместили икону, не подумали. Дело в том, что это последствия такого, можно сказать, и советского отношения к вещам, хотя икона "Спас Вседержитель" - древняя вещь. Если даже не рассматривать вопрос её святости, церковного значения, она всё равно является уникальным памятником древнерусской культуры, и конечно, должна была бы находиться на более почётном месте с одной стороны, с другой стороны — в более удобном для доступа. Икона была раскрыта, её расчищали где-то в 60-е годы, точной даты я, к сожалению, не помню. Она была реставрирована профессионально. С того времени находится в экспозиции псковского музея. Другое дело, почему она находится в застеклённой нише? По музейным нормам, уникальные вещи нужно просматривать реставраторам на предмет сохранности еженедельно, а когда вещь расположена за постоянно закреплённым стеклом, там возникает какой- то микроклимат, который нужно исследовать. Доступ затруднён, поэтому её и не рассматривали в течение долгого времени, десятилетий. Экспозицию эту сделали примерно в 70-е годы, сделали это стекло, прошло около 40 лет. Значит, отдел экспозиции не уделял внимания этой вещи, не нашёл ей лучшее положение. В последние 20 лет изменилось отношение к церковным вещам и к их значимости, конечно, надо менять экспозицию.

Подобное происходит в других музеях?

Да, это проблема не только псковского музея. Недавно была история с иконой "Богоматерь Торопецкая" из Русского музея. Тоже оказалось, что такая уникальная древняя вещь находится в фондах. Это всё наследие советского отношения. Экспозиция строилась по другим принципам, их пора видоизменять. Значимым вещам должно уделяться специальное внимание. Ведь не было бы этого скандала, связанного с "Богоматерью Торопецкой", если бы икона была реставрирована ещё раз, уже в наше время, находилась бы в экспозиции. Тогда не было бы этих аргументов, которые прозвучали: вещь лежит в фондах, никому не доступна. Если бы она была в экспозиции, наверное, сложилась бы другая ситуация. Так и с иконой "Спас Вседержитель": висит в этой нише, чуть ли не на уровне пола, в глубине, иконка маленькая и затиснута. Конечно, вызывает удивление, что она так неправильно расположена. А всё инертность: когда-то сделали, так оно и есть.

Вам известно, в каком состоянии сейчас находится икона?

Насколько я знаю, там никакого катастрофического ухудшения состояния нет. Наверное, профилактическая работа может быть проведена. Она займёт месяца два. Я не вижу надобности годами с ней заниматься. Иконы в экспозиции в принципе находятся в достаточно хорошем состоянии. Хотя там есть проблемы, я думаю, и с климатом, но в общем, в экспозиции иконы, можно сказать, в удовлетворительном состоянии. Что касается работы с фондами, то она практически не ведётся, потому что фонд большой — более 600 икон. По иконе "Святой Иулиана" видно, что десятилетия делается одна-две работы.

Вы можете подробнее рассказать об истории реставрации иконы "Святая Иулиана", почему она до сих не в экспозиции?

Икона "Святая Иулиана" должна быть в экспозиции, она - один из шедевров музейного собрания, одна из характерных псковских икон. А 20 лет для реставрации иконы абсолютно ненормальный срок. Икона была реставрирована давным-давно в центре имени академика И. Э. Грабаря. Несколько меняются методы исследования, и возникла необходимость дореставрации. Можно было отправить её к нам или в тот же центр Грабаря, но этого не сделали. Наталья Ткачёва до сих пор занимается этой иконой. Я был в составе комиссии, которая смотрела за ходом работ именно по "Иулиане": там незначительные работы нужно было провести, а они растянулись на эти 20 лет абсолютно неоправданно. Это можно было за пару лет сделать. Просто неоправданно долго, нет никаких оправданий таким срокам. Придумываются разные причины, такие обоснования, как "нужно особенно бережно и осторожно относиться". Никто и не возражает, но у всего есть определённые рамки. Можно два года бережно относиться, можно три, а можно и 20 лет. Я не вижу никаких оправданий, чтобы реставрация затянулась на столько лет, никаких вразумительных объяснений нет. На мой взгляд, это связано с исключительно личными факторами, иными словами, затягивают процесс из каких-то своих соображений. Всё замешано на личном конфликте реставраторов и хранителей, а дирекция не может с этим справиться, не может заставить сотрудников работать. Я знаю, что реставраторы там по полгода отсутствуют, Н. Ткачёва, в частности. Не могу точно говорить, но я по результатам вижу: когда за годы ничего не продвигается, это значит, что люди не работают. Нужно решительное административное вмешательство директора, может быть, и псковских культурных властей. Там клубок проблем, которые при желании сохранить древние вещи, можно было бы решить. А сейчас атмосфера такая, что приезжать не хочется, хотя замечательное собрание икон. И московские реставраторы, и мы старались всё возможное делать, но когда музей тормозит работу, то ничего не поделаешь.

Давно Вы не были в Псковском музее-заповеднике?

У нас с музеем существует договор, но сложились такие условия, что мы перестали ездить уже как два года. Но я хорошо осведомлён, что в нём происходит. Могу сказать, что музейные реставраторы, особенно по иконам, в общем, не справляются с тем объёмом работ, который есть. Нам удалось за 30 лет привести более или менее в порядок фонд. Однако музейные реставраторы по иконам, а их два, не ведут регулярное обследование фондов, и это приводит к тому, что опять появились аварийные вещи. Но музей не желает с нами сотрудничать. А сами, на мой взгляд, просто не работают.

Какой путь решения проблем Псковского музея-заповедника видите Вы?

Прежде всего, нужно добиться согласованных действий, нужна концепция, как и во всех делах. Музей должен отказаться от рефлективной деятельности: какая-то сегодня есть задачка, пытаются её решить или обойти. Я думаю, нужно разработать концепцию, установить приоритеты и добиваться слаженной работы коллектива. Я знаю, что музей испытывает такую проблему, как малое количество посетителей. Раньше они были, потом произошёл спад, отчасти из-за того, что вообще люди перестали ездить, но теперь-то идёт туристический поток?! Скажем, в Изборске отбоя нет от посетителей, а в псковский музей не заезжают, поскольку в нём не происходит событий. Раз-два побывали в музее, а больше там делать нечего, ничего не изменилось. Нужна активная работа, надо устраивать больше выставок, даже из фондов, не обязательно гнаться за грандиозностью. Оживить выставочную работу.

Беседовала Анна Цветкова,

Псковское агентство информации.