Редакция ПАИ предлагает вниманию своих читателей интервью с советником президента России, режиссёром постановки оперы "Псковитянка" в Псковском кремле Юрием Константиновичем Лаптевым.
 |
На фото: Юрий Лаптев |
- Юрий Константинович, вы - известный российский баритон, выступавший на сценах Большого и Мариинского театров, были режиссёром Мариинки... Словом, музыка — ваша жизнь. Сейчас, уже в статусе советника Президента, вы вновь вернулись к режиссуре, но в иных, более глобальных, масштабах, нежели условия одной театральной сцены. С учётом этого: что значит для вас "Псковитянка"?
Прежде всего, "Псковитянка" для меня - это опера. А оперу я очень люблю и считаю её самым величественным жанром. Это тот вид искусства, который не только информирует человека о тех или иных событиях, но и наделяет его огромным количеством эмоций, чувств, переживаний, настроений, атмосферы...
С "Псковитянкой" я уже соприкасался ранее в её классическом варианте. Мне выпало счастье служить в Мариинском театре, где эта опера шла всегда. Её возобновляли, снова забывали и ставили вновь, что делало оперу вариативной, звучащей каждый раз по-новому. Римский-Корсаков в своем дневнике написал: "Вчера был в Императорском Мариинском театре, где слушал "Псковитянку". Шаляпин был великолепен, опера - так себе…". Такое высказывание о могучем произведении мог себе позволить разве что его автор, для которого это творение было выстрадано, пережито...
Конечно, опера очень интересная. В ней затрагиваются общечеловеческие темы, которые будут всегда волновать людей: любовь, ненависть, ревность, взаимоотношения отцов и детей, государства и его подданных. Кроме того, сюжет оперы - из нашей истории, что тоже немаловажно, потому что, подчас, у нас любят жонглировать историческими событиями , представляя их и так, и сяк... А постановка "Псковитянки" в таком виде, как мы её задумали в Псковском кремле, ещё даёт зрителю ощущение подлинности событий, так как действие происходит в окружении исторических памятников, которые были свидетелями всех этих перипетий. Безусловно, академический, театральный вариант оперы — это праздник и для актёров, и для зрителей. Но естественная площадка тоже очень интересна. Когда актёр идёт по траве не нарисованной и по камням не из пенопласта, а по настоящим, то ощущает себя совсем по-другому. И когда птицы поют, и туча вдруг находит, иногда даже дождь идёт,- это то, что в театре можно создать лишь искусственно. Тут же все подлинное. В сочетании с этим могучая музыка, которая стоит над реальностью, даёт такой мощный синтез, который возможно получить только единожды. Это как хорошая актёрская игра: даже одну и ту же фразу нельзя дважды сказать или пропеть одинаково, иначе это уже не творчество, а ремесло, что по форме, вроде, одно и то же, а по сути — состояние разных уровней. Вот так и "Псковитянка" в Псковском Кремле — явление уникальное в своем роде. Этот псковский проект для меня, пожалуй, самое интересное предприятие такого рода, в котором можно было бы поучаствовать.
- В чём всё-таки особенность псковской постановки "Псковитянки"?
Во-первых, здесь нет театральной коробки. Тут сцена - это сам Кремль, небо, башни, стены, те исторические реалии, которые находятся в параллельных мирах. В Псковском кремле всё это ощущается очень остро, здесь все пропитано многовековой аурой. А во-вторых, это очень желанная постановка, и то, что спектакль будет поставлен в антураже древнего города, жизнь которого очень много значит для истории государства Российского, делает его уникальным, а самому событию придает всемирное значение.
- С легкостью ли вы приняли предложение участвовать в этом проекте ? Какие чувства, эмоции вами руководили?
Изначально, когда на что-то соглашаешься, эмоции всегда сложные. И сомнения: сумеешь ли, получится ли все сделать так, как от тебя ожидают? Но постепенно, с осознанием ситуации, приходит и уверенность. У меня очень хорошие партнёры: руководитель Российского театрального агентства Давид Яковлевич Смелянский со своей командой, Большой театр, который не нуждается в рекламе и представлении... А кроме того, к проекту подключились очень яркие, творческие, неравнодушные люди. Когда мы стали на стадии переговоров обсуждать предстоящее событие, то у меня сложилось впечатление (не побоюсь высокого стиля!), что вся команда не просто взялась за работу, а каждый намерен оставить частичку своей души Пскову в честь его праздника.
- Спектакль многоплановый. Планируете ли вы задействовать в нем псковичей?
Да, конечно. Тем более, что в городе есть для этого очень мощный потенциал. Затевая такую историю, хочется достигнуть эффекта наибольшей правдивости и реальности происходящего. А так как есть люди, которые профессионально занимаются реконструкцией костюма, эпохи, баталий, я думаю, они-то как раз и могут привнести в постановку ощущение правды. Театр — это все-таки иллюзия, великая иллюзия, которая делается определенными способами. А когда мы находимся в сценическом свете на дистанции, установленной зрительным залом, оркестровой ямой и самой сценой, там действуют другие законы. В этой ситуации мы не можем спрятаться, не можем людям сказать, что вот здесь мы вам показываем, а тут, пожалуйста, не смотрите. Каждый будет смотреть и видеть то, что его заинтересует. Вот так и появляется необходимость очень четко, рельефно прорисовать и второй план, и третий, и четвертый, пятый, десятый... Надо учесть всё, ведь даже если неожиданно мимо пролетит птица, она тоже отвлечет на себя внимание части зрителей. В обычной постановке мы не можем сделать этот многослойный фон, а в псковском проекте — это не только возможно, но и необходимо.
Есть у автора оперы батальные сцены — Псковский кремль даёт нам возможность их показать. На их фоне основное действие будет только рельефнее и значимее. Иными словами, мы имеем уникальную возможность сделать видимым то, что в обычном театре показать нельзя. Наши псковские партнеры и коллеги по этой постановке, которые занимаются таким интересным и, мне кажется, очень полезным делом, проявят себя, показав свое боевое искусство, познания и дотошность в реконструкции костюмов. Без этой краски наша постановка была бы неполной. Кроме того, я надеюсь на помощь наших коллег из Псковского драматического театра. Уверен, что они очень органично войдут в постановку, помогут наполнить ее особым смыслом и содержанием. И, конечно, ещё ждем помощи от псковской погоды. Она трудно прогнозируется, дождь вполне возможен. Но, с другой стороны, у Николая Андреевича Римского-Корсакова нигде не написано, при какой погоде Иван Васильевич Грозный приезжал во Псков. В опере есть, например, сцена грозы, и её нам под ясным небом изобразить сложно. Поливать участников действия из брандспойта, изображая предвестие трагедии? В условиях Кремля это выглядело бы комично. Поэтому мы исключили грозу из постановки, также как и ещё ряд моментов. Сделали это, на наш взгляд, достаточно аккуратно, чтобы не повредить эмоциональности партитуры. А сокращения продиктованы временными рамками постановки. Спектакль начнётся поздно, на его просмотр приедут люди издалека, которым предстоит возвращаться по домам, поэтому вместо четырех часов, предусмотренных композитором, действие будет несколько короче.
Уверен: тот, кто посмотрит "Псковитянку" в Пскове, обязательно будет искать возможность увидеть её театральную версию. В этом для меня заключается магия драмы, написанной о псковских событиях, но важных для всей России и одухотворенных гениальной музыкой.
