26
  • Коротко
Общество

Как сгноили учхоз «Удрайское»

Главное чувство всякого, кто впервые посещает великолукскую деревню Иваново – недоумение. Точно ли это центральная усадьба учхоза «Удрайское», некогда богатейшего и известного на всю область? Среди этих ли руин воспитывали будущую элиту сельского хозяйства региона? Иваново – готовая декорация к фильму-катастрофе. Брошенные колхозниками добротные каменные коттеджи стоят без стекол и с горами мусора внутри. Ржавчина доедает металлическую арку на въезде к тракторной станции. Почта ютится в углу почти развалившегося бывшего дома быта. Колорита добавляет запах сероводорода, которым богата здешняя вода. Поговоришь с местными, и волосы на голове шевелиться начинают. Катастрофа здесь действительно произошла и стала делом рук вполне конкретных людей. Как говорится, у  трагедии есть фамилия, имя и отчество. Вдумчивому читателю впечатлений хватит ни на один вечер размышлений.

 

Зарплата через сплетни

Природа постепенно забирает свое. Гектары мелиоративных земель – подготовленных и обработанных для дачи высокого урожая – постепенно зарастают кустарником. Раньше зерно элитных сортов продавали на семена, а теперь не сеют даже на корм скоту.

В учебно-опытное хозяйство «Удрайское» в 1958 году был преобразовал одноименный совхоз, появившийся еще в 1945-м году. В том же 58-м к учхозу, уже имевшему 5890 га земли, присоединили колхоз имени Жданова общей площадью 2958 га, на которых располагались колхозы «Красная сопка», «Красная горушка», «Новая жизнь», «Пробуждение», «Заря».

Закат учхоза «Удрайское» пришелся на директорство Владимира Семашко. Как только он возглавил предприятие, так  завершилась расцветная пора для миллионника, имевшего поддержку союзных и федеральных властей. Когда все экономические соки из учхоза были выпиты, а миллионные иски от кредиторов навалились снежным комом, Семашко свой пост оставил, а его супруга Лариса Николавна Семашко пошла на повышение. Ныне она первый замглавы Великолукского района. Именно ее деревенские считали настоящим руководителем, «серым кардиналом», приведшем успешное предприятие к банкротству.

Она начинала работать в родной деревне в 87-м году с должности бухгалтера. Когда в «Удрайское» прислали директором Владимира Семашко, Лариса развелась с первым мужем, вышла замуж за нового руководителя и постепенно сосредоточила в своих руках все денежные потоки учхоза, став сначала экономистом, потом главным экономистом и, наконец, заместителем директора по экономике.

- Я Семашко все время говорила: «Ты пешка. Тобой двигают, как хотят, а ты только глазами моргаешь». Лариса младшего сына рожала, четверо суток только в роддоме провела и прибежала сама выручку снимать в колхозном магазине, - рассказывает Валентина Смирнова, бывшая работница «Удрайского». - Никому не доверила. Раскладывала потом кучками в своем кабинете.

 Валентина Смирнова, бывшая работница «Удрайского»

- Семашко вообще не причастен был к управлению, только стул занимал, - подтверждает слова землячки Андрей из Иваново. - Руководила всем Лариса Николаевна. Директора мы за глаза называли «обещало – не давало». Я в колхозе работал с 1997-го по 2003-й год, в перерыве сходил в армию. Ушел из «Удрайского», когда стало совсем плачевно. Теперь, чтобы выжить, приходится мотаться каждый день на работу в Великие Луки, 30 километров только в одну сторону. Полдеревни так делает. Или в Москву на заработки подались.

- В Великих Луках снимаю комнату в общежитии, хотя прописана в Иваново. В деревню приезжаю, как на дачу. Колхоз был такой большой, что даже две конторы было, а теперь все разваливается, - сокрушается еще одна жительница Иваново Светлана Поликевич. - Уволилась из учхоза я в 2007-м году, когда жить стало невозможно. Придешь к ней, плачешь, дайте зарплату. А она любила сплетни, хотела быть в курсе, кто чего делал. Без этого денег было не получить.

 

Под высочайшим покровительством

В 2002-м году к 75-летию Великолуского района его администрация, руководимая на тот момент Владимиром Басовым, на собственные средства издала книгу «С любовью к родной земле». В разделе, посвященном «Удрайскому» есть фото, призванное подчеркнуть высочайшее покровительство, оказанное ивановским властелинам: тогдашний губернатор Михайлов рядом с Владимиром Семашко. В разделе гордо рапортуется о строительстве бани с парикмахерской и прачечной-автоматом. То есть практически завтра приходи, мойся, стригись и стирайся. «Баню» местные с удовольствием показывают – фундамент за полуразрушенным сельским клубом. Рядом руины предыдущей бани. Старую сгноили, новую так и не построили.

Зато построили школу. Ввели в эксплуатацию как раз в 2002-м году. Два самых красивых здания в Иваново – школа и стоящий рядом жилой дом. По уверениям местных жителей, дом строили для педагогов. Живет в нем семья Семашко, право собственности оформлено через суд. Злые языки утверждают, что от школьной котельной в дом бывшего председателя ведет прямая труба отопления, за которое хозяева дома не платят уже много лет. Верить этому не будем, мало ли, о чем в деревне сплетничают.

В родную деревню семья Семашко почти не приезжает. По словам местных, даже картошку в этом году сажать не стали. Зачем смотреть на разруху, если есть комфортная квартира в Великих Луках и зарплата, позволяющая купить не только картошку.

Больше новостроек в Иваново нет. Местами деревня выглядит, как после отступления немцев. Бесхозные ныне коттеджи вдоль центральной улицы для колхозников построили когда-то студенты. Раньше они проводили тут каждое лето, ставили опыты на полях и в скотных дворах, набирались опыта. Ныне учхоз проходит по разряду бывших, студенты сюда давно перестали ездить. Воспоминание осталось от двух общежитий: одно сгорело, другое разобрали.

 

Ломать – не строить

Разбирали в «Удрайском» не только общежития, но и святая святых животноводческого предприятия – скотные дворы. Уничтожали скотники, не стесняясь того факта, что по соседству живут те, кто эти дворы строил. Валентина Ивановна Смирнова 11 лет отработала мастером строительства.

- Какой грохот стоял, когда крышу на огромном здании стали разбирать! Зачем-то шифер им понадобился, - Валентина Ивановна рассказывает, а в глазах боль, будто это к ее дому гастарбайтеры подогнали строительную технику и начали все крушить. – Здание на тысячу двести голов крупного рогатого скота рассчитано. Поднялась к ним на крышу, спрашиваю: «Куда?» - «Не твое дело!» Чуть не заплакала.

Но лить слезы – это не про Валентину Ивановну. Она одна из немногих, кто не побоялся рассказать свою историю противостояния с Ларисой Семашко. Три года по судам она доказывала свое право на досрочную пенсию, как работник вредного строительного производства.

- Взяла в учхозе справку, остальные документы собрала, отнесла в Пенсионный. Жду, - рассказывает Валентина Ивановна. - Пришла к положенному сроку, а мне и говорят: «Лариса твои документы забрала. Сказала, пусть дальше работает!» Да ее какое дело! Отдали мои документы постороннему человеку. Якобы она испугалась возможных проверок, раз у нас производство с классом вредности было.

К моменту оформления пенсии Валентина Ивановна уже в учхозе не работала, трудилась завхозом в местной школе. Пенсию платит не учхоз, а федеральный бюджет. Тем удивительнее и необъяснимее поступок Ларисы Семашко. После него Валентина Ивановна три года ходила по судам, отстаивая свое право на досрочную пенсию. Только закончились суды, колхозное стадо вытоптало сенокос Смирновых. Попросила у директора любое поле, где сена накосить. Резолюция Семашко на заявлении: «Если участок не был огорожен, в выделении другого отказать».

- Пришлось корову отдать на убой. Кормить-то зимой чем ее? Видите, сеткой у меня огород сейчас обнесен. Это в другой год 100 голов колхозного стада переночевало у меня на огороде. Хорошо соседи без овощей на зиму не оставили, кто свеклы принес, кто капусты.

 

Потерянный рай

- Сначала в «Удрае» был рай. Я ветврачом в 96-м году устроилась, приехала после Себежа, - рассказывает жительница Иваново Наталья Тихая. - Зарплату платили вовремя, колхоз был богатый, в каждом доме видеомагнитофон стоял. Своя хлебопекарня, дом быта, сепараторная, зерносушилка, бойня, пасека, свиньи, коровы… Зерноток сутками работал, не переставая, на ярмарку свой товар в Великие Луки везли, колонна на полтора километра растягивалась. Куда все делось? Надо было не пилить сук, на котором сидишь, а вкладываться в производство. Вместо этого из производства изымались все средства, какие только возможно.

По ее словам дошло до того, что очередь за копеечной зарплатой стали занимать с ночи. Просто так свои деньги получить было невозможно, нужно было жене директора Ларисе Семашко рассказать, на что тебе трудовые копейки, какие рейтузы ребенку купишь да сколько буханок хлеба. Другие жители рассказывают, что пропуском в кассу служили местные сплетни: расскажешь, кто, где и с кем – распишись и получи.

- Кто мог, из колхоза уволился. Одни в Москву уехали, другие в Великие Луки на работу каждый день 30 км ездят. Я когда там в СИЗО помощником кинолога устроилась, в день зарплаты в кассу не пошла. Не привыкла, чтоб так строго платили. Меня кассир на другой день поймала: «Где ходишь?!» Деньги получила и не поверила. Вот так мы от рабства отвыкали. До этого даже собственных  убойных коров и телят обязаны были в учхоз сдавать по низкой цене. Иначе, найдут, каких благ лишить.

Супруг Натальи Владимир Августович вырос в Иваново. В советское время как помощник комбайнера получал 500 рублей. Напомним, инженер в ту пору получал 180 рублей, а профессор в институте – 340.

- Директор у нас был хороший, Леонид Васильевич Казаков. С каждым за руку здоровался, трудового человека уважал, - вспоминает Владимир Августович. – И каждый знал, что 5-го зарплата. Все было да прошло.

 

По наклонной плоскости

Семья Семашко дружила с ректором Великолукской сельхозакадемии Василием Спасовым. В годы этой дружбы учхоз получил федеральный статус, а Лариса Семашко – степень кандидата экономических наук. Благодаря связям Василия Прокофьевича в учхоз напрямую вливалось федеральное финансирование. Поэтому в непростые 90-е годы, скрутившие страну в бараний рог, в Иваново в каждой семье было по видеомагнитофону. Насколько эффективными хозяйственниками являются руководители «Удрайского» стало понятно после кончины Спасова в 2003-м году. Федеральные вливания закончились, пришлось крутиться самостоятельно. Как только не называют сейчас нулевые годы для всей страны - «жирными», «тучными». Благодаря нефтедолларам, у большинства жителей России появилось масло на хлебе. Парадоксально, но факт: именно в это время нищают жители Иваново и хиреет «Удрайское». У хозяйства было все, чтобы стать ведущим сельхозпредприятием области: техника, племенной скот, пахотные земли, квалифицированные работники. За считанные годы все пошло прахом.

Просроченные задолженности у хозяйства появляются с 2006-го года. Чтобы выкрутиться, начали забивать племенной скот, чего делать нельзя категорически – это опора будущего благосостояния после прохождения полосы неудач. Это понимали даже рядовые колхозники, открыто выражавшие недовольство.

Но черная полоска на этой зебре все никак не заканчивалась. Очень быстро меняется тональность новостей об «Удрайском» в прессе. Так, в 2003-м году хозяйство становится чемпионом по сдаче молока в районе, а в 2004-м году наркоконтроль обнаружил в учхозе плантацию дикорастущей конопли в полгектара. Дела уже были пущены на самотек.

В арбитражном суде рассматривали 10 гражданских дел о задолженностях по договорам, заключенным и неоплаченным «Удрайским» с 2006-го по 2009-й года. Все иски суд удовлетворил.

К 2010-му году «Удрайское» пришло в окончательный упадок, и Лариса Семашко переходит на работу в администрацию Великолукского района. Его главой на тот момент был Владимир Басов. Лариса Семашко приходит на муниципальную службу не рядовым сотрудником, а сразу начальником отдела экономики и инвестиций. Поговаривают, что и сам отдел, ранее не существовавший, создан именно под нее. Менее чем через год она становится председателем комитета по экономическому развитию, а с декабря 2013-го года – первым (!) заместителем главы района. Взлет столь же стремительный, как в «Удрайском». На сайте администрации Великолукского района приведен внушительный список полномочий Ларисы Семашко. Двум другим замам оставлены соцучреждения, образование и ЖКХ. А под крылом первого зама весь экономический блок, включая предпринимательство и инвестиции, а также сельское хозяйство, туризм, труд, взаимодействие с налоговой, приставами, дорожными, МЧС и прочими федеральными ведомствами.

«Удрайское» с того же 2010-го года пытаются продать. Для начала провели акционирование. Что называется, почувствуйте уровень. Федеральное государственное унитарное предприятие учебно-опытное хозяйство «Удрайское» Великолукской государственной сельскохозяйственной академии, учрежденное федеральными министерством имущественных отношений и министерством сельского хозяйства, превратили в открытое акционерное общество «Племзавод «Удрайское». Произошло это 14 сентября 2012-го года. Уставного капитала в новом обществе насчитали на 108 285 000 рублей. Дважды, в сентябре и ноябре 2014-го года племзавод выставляли на аукцион по цене 211 997 000 рублей, но желающих купить хозяйство, обвешенное долгами, так и не нашлось. По передаточному акту, составленному во время преобразования учхоза в племзавод, видно, что почти все имущество находится в залоге у банков. Кредиты брали и брали, не рассчитывая отдавать. В настоящее время хозяйство объявлено банкротом и находится в стадии ликвидации. 

Владимир Семашко, покинув пост главы «Удрайского» в 2011-м году возглавил сельхозпредприятие ООО «Юг», зарегистрированное в великолукском Полибино. Там процесс отмирания всего живого произошел еще быстрее, предприятие признали банкротом уже через два года. Долгов при банкротстве насчитали более чем на 22 млн рублей. Сейчас бывший директор «Удрайского» на пенсии. А Лариса Семашко продолжает эффективную хозяйственную деятельность на посту первого заместителя главы Великолукского района. Говорят, ее амбиции простираются значительно выше нынешнего кресла.

Екатерина Глазова
Версия для печати


Идет загрузка...