0
  • Коротко
Культура

Продать кирпич

В прокат вышли «Ёлки новые» - очередное творение продюсера всея Руси Тимура Бекмамбетова, который в этот раз поручил донести новогоднее настроение до населения режиссеру Жоре Крыжовникову, снискавшему известность картиной «Горько!». Муслим Камалов проверил свежесть этого ежегодного новогоднего «оливье-альманаха».

Канун Нового года. Белокурый мальчик (Даниил Муравьев-Изотов) из Хабаровска живет вместе с отцом и мечтает найти новую маму (о судьбе прежней нам не рассказывают). Мальчик решает запустить через всероссийский видео-флешмоб в YouTube, где всем нужно спеть кусок колыбельной песни из мультфильма «Умка», сообщение о розыске подходящей мамы. Запись становится вирусной и аж до слез трогает в прямом эфире милую ведущую новостей (Екатерина Климова). Увидев это, мальчик решает во что бы то ни стало разыскать ведущую, которая ему кажется идеальной кандидатурой на роль мамы и новой супруги для его отца (Сергей Пускепалис).

Тем временем где-то в Санкт-Петербурге Боря (Иван Ургант) приютил к себе в квартиру Евгения (Сергей Светлаков) и его не маленькую семью: прежняя квартира по глупости сгинула в пожаре. В Новосибирске влюбленная в местного фельдшера (Антон Богданов) пышнотелая Галя (Валентина Мазунина) приковалась к нему наручниками, дабы добиться своего. Беременная и брошенная женихом Снегурочка (Юлия Александрова) тоже возжелала справедливости и решила помочь другой беременной и брошенной, а в Тюмени потенциальный отчим-спасатель (Дмитрий Нагиев) ведет прыщавого хипстера-блогера (Даниил Вахрушев) ночью в лес – научить уму разуму и дать немного уроков выживания в лютый холод. Дальше – спойлеры, ой, то есть - полтора часа скукоты.

Годовой генплан Тимура Бекмамбетова в качестве продюсера можно считать успешно выполненным: про космос снял, про блогеров-идиотов вроде тоже, спродюсировал еще парочку мелких проектов. Как бы ни было парадоксально, но за год этот титан коммерческого кино даже успел попасть в программу «Панорама» грядущего 68-го Берлинского кинофестиваля. На носу Новый год, Бекмамбетов также, как и все нормальные люди, подводит итоги, а это может означать только то, что без «Ёлок» в этом году нам, увы и ах, но тоже не обойтись. 

Если вспомнить самые первые, еще из «нулевых» годов, «Ёлки», то они являлись действительно очаровательной и доброй новогодней историей про воспитанника детского дома, мечтающего о семье и решившего доказать всем, что его отец – Дмитрий Медведев (на тот момент - еще президент РФ). И основа у всего этого была замечательная, а именно - теория шести рукопожатий, согласно которой каждый человек на земле знает другого через шесть своих знакомых. Именно с ее помощью мальчишке пытаются помочь практически случайные люди со всех уголков бескрайней России. Картина со свежей идеей действительно в те времена создавала дух Нового года, да и дорожка вроде бы еще не была протоптана западными киноделами. Идея, к счастью для российского кино, увенчалась успехом. 

Что случилось теперь? Спустя целых семь лет «Ёлки» успели вырасти из разряда «новейшее народное кино к новогоднему столу» в целую гигантскую коммерческую франшизу, а советские классические новогодние ленты вроде «Иронии судьбы, или С лёгким паром!» ушли в глубокий тыл. Но, надо все же признать, что Бекмамбетов далеко не творческая личность, а толковый бизнесмен: как оказалось, под «Ёлками» он подразумевал скорее долгосрочную перспективу по выжимке выручки, нежели добрейший новогодний фильм-одиночку: за эти годы на широкий экран успело выйти аж шесть (!) частей. Еще немного и мы поравняемся с «Форсажем»: похоже, к этому все и идет.  

Бекмамбетов успешно запустил свой «ёлочный» конвейер. Уже седьмую серию оливьенно-мандариновой российской канители доверили Жоре Крыжовникову (настоящее имя Андрей Першин). Да-да, именно тому, кто был автором также небезызвестных аналогов «Мальчишников в Вегасе» под названием «Горько!». Рука Крыжовникова в новых «Ёлках» замечается сразу: вот тебе любимая актриса из «Горько!», изображающая из себя ту самую неадекватную истеричку-невесту (а больше, видимо, и не надо); вот вам Нагиев в образе туповатого гаишника из «Самого лучшего дня»; излюбленные режиссером съемки на мобильный телефон и GoPro, которые должны создавать эффект реалистичности и сделать картину ближе к простому народу, а на деле же выдают себя за нелепые вырезки из чужих семейных видеоархивов, которые к тому же вставлены в фильме в самых неудачных местах. 

Крыжовников снимал «Ёлки» совместно с еще четырьмя режиссерами, среди которых присутствуют Дмитрий Киселев (постановщик российской космической одиссеи «Время первых») и Александр Котт («Брестская крепость»). Сценарий писала целая толпа из шести человек, что оказалось не самой лучшей идеей. Итогом стало разваливающееся на куски повествование, где сквозная нить – линия маленького ребенка-путешественника – свою прямую функцию по факту не выполняет. Именно отсюда пляшут все проблемы и провисания в сюжете картины. То, что остается, - а именно, обособленные фрагменты, – нельзя посчитать даже отдельными новеллами в рамках одного большого фильма. Для этого «кускам» не хватает разгона и воздуха - пламенный привет также можно передать беспощадным и бестолковым монтажерам. 

Самой страшной «новеллой» в «Ёлках» оказывается Светлаковско-Ургантская. Задача уловить адекватность происходящего на экране оборачивается довольно сложным квестом Крыжовникова: пони, козы и рычащие медведи, выламывающие дверь в квартиру, где одиозная семейка Светлаковых, круша все на своем пути, создает инфернальную атмосферу в доме, похлеще, чем в аранофской «маме!». Как говорится, тут не смеяться, тут плакать хочется, а лучше вообще поскорее выбежать из кинозала куда-нибудь далеко-далеко.

Где тьма, там найдется и свет. И тусклый свет в «Ёлках» все же есть, его хоть и блекло, но излучает Дмитрий Нагиев в темном лесу в амплуа одновременно немного прапорщика Задова и физрука. В компании с пышнощеким молчуном-киргизом его персонаж в некоторых моментах вытягивает картину и хоть немного заставляет работать мышцы лица, создающие подобие улыбки.

Ко всем проблемам, которыми страдают «Ёлки» и их постановщик Жора Крыжовников, добавляется еще одна, но самая масштабная. «Ёлки» буквально тонут в тоннах продакт-плейсмента. Бекмамбетов осмелел и вовсе превратил картину в одно большое рекламное место. Вообще, новые «Ёлки» можно показывать студентам на факультетах пиара и рекламы, как пример нативного и таргетированного адвертисмента. Предполагается, что после сеанса вы бегом помчитесь за шампанским «Лев Голицынъ», нарежете салатик и заправите его майонезом «Махеев», ну и, конечно, расплатитесь карточкой «Сбербанка».  Но в этой части «Ёлок» есть еще и инновационное нововведение – Дмитрию Киселеву показалось, что у «Времени первых» скудная рекламная кампания, так почему бы еще раз не показать отрывок в телевизоре у главных героев?    

Цель у фильма «Ёлки», закрывающего бекмамбетовский 2017 год, только одна – скормить в седьмой раз одну и ту же новогоднюю историю с вялым сценарием, фаршированную рекламой, и в тысячный раз прокричать о равноправии женщин (теперь это модно), заикнувшись о третьей волне феминизма Ребекки Уолкер. Хочется только подивиться стойкости и смелости тех людей, которые в очередной раз пришли в кино в надежде лицезреть достойную новогоднюю веселую картину – наследницу советских лент. Увы, под яркой подарочной упаковкой скрывается обычный тяжеленный красный кирпич с надписью «тут могла быть ваша реклама».     

Муслим Камалов
Версия для печати
  • Сюжет
  • Киногид
Любовь и жабры Карточная королева Джунгли больше не зовут Искра надежды Петь или не петь? Холодное пьяное сердце Ах, как хочется вернуться Садовник, дворецкий, служанка? Дым без огня Бегущий по мукам


Идет загрузка...