0
Экономика

О доверии бизнеса и планах спасения предпринимательства: интервью Аркадия Мурылёва

Аркадий Мурылёв

Бизнес-омбудсмен Псковской области Аркадий Мурылев пообщался с ведущим ПАИ-live Александром Машкариным о проблемах и надеждах бизнеса, о востребованных и невостребованных мерах поддержки и о решениях, которые в дальнейшем позволят избежать закрытых дверей и заколоченных витрин.

Вторая пятилетка

– Вас избрали на новый пятилетний срок. Праздновали?

– Действительно, для меня произошёл важный  момент. Наверно, все те пять лет, которые я работал в должности уполномоченного, прошли не зря: бизнес-сообщество и власть оценили мою работу и дали мне возможность второй срок исполнять эти полномочия. Для меня это знак особого доверия, потому что всё-таки на второй срок всегда непросто остаться. Значит, я своей деятельностью доказал, что эффективность института уполномоченного достаточно высока и эта должность необходима на территории Псковской области. Конечно, многое в этой части зависит и от человека, который находится в этой должности. Понятно, что удалось сделать не всё, что было намечено изначально, на этапе становления меня в качестве уполномоченного. Но я старался действовать не по плану, а наладить конструктивное взаимодействие между бизнесом и властью. И думаю, отчасти это удалось. Поэтому, конечно, мы вместе с коллективом, вместе со своими помощниками попили чайку с тортиком, то есть отметили. Наши помощники получили благодарственные письма от областного Собрания депутатов. Собрание тоже оценило их работу, ведь они и готовят заключения, и проводят работу с предпринимателями (а это довольно большой объём работы), и они тоже достойны награды. И наверно, было знаковым, что это произошло по истечении пятилетнего срока моего выполнения полномочий.

– Ещё одна немаловажная вещь: я вот, например, вообще не помню за пять лет ни одного скандала, связанного так или иначе с бизнесменом Псковской области. Мне кажется, это тоже показатель хорошей работы.

– Ну, наверно, согласен. Просто что вы подразумеваете под словом «скандал»?

– В лоббирующих экономические интересы связях бизнес не замечен.

– Безусловно, все понимали, что я – человек, который пришёл из бизнеса. И может быть, у кого-то и были поводы думать о том, что я буду лоббировать свои бизнес-интересы и способствовать развитию некоторых направлений. Но в самом начале пути – и это везде в СМИ прозвучало – я закрыл бизнес, оставил всё своим партнёрам. Поэтому бизнесом я не занимался – только если где-то подсказывал какие-то моменты, и то они касались не конкретно моего бизнеса, а других предпринимателей и были в рамках моей работы. Я человек не скандальный.

– Не скандальный, но напористый.

– Отчасти да. Настойчивый, так бы сказал. Я пытаюсь доводить до конца начатые дела и доводить проблемы предпринимателя до разумного решения. Пути решения могут быть разные: и медиативные, и законные, и с помощью прокуратуры, органов. Я старался в работе все углы сглаживать, чтобы моя деятельность не навредила ни самому предпринимателю, ни, соответственно, имиджу уполномоченного.

– За эти пять лет были моменты, когда было желание просто вернуться в бизнес или в политику?

– Резких – не было, но первый год мне давался трудно, потому что мне всё-таки не сразу удалось понять всю специфику этой должности и возможностей. Конечно же, первый год или, может быть, полтора я пытался найти такую нишу, чтобы моя работа была эффективной. Поэтому в первый год были сомнения: правильный ли я избрал путь развития своей личности и правильно ли я взял на себя такую большую ответственность, смогу ли я с ней справиться? Но когда прошла вторая половина срока исполнения полномочий, я понял, что у меня получается. Я чувствовал поддержку не только со стороны предпринимателей, но и бизнес-сообществ, с которыми я работал, они мне говорили: «Ты на правильном пути, мы все тебя поддерживаем, работаем вместе». Это мне придавало уверенность в том, что я в этой должности до конца срока отработаю и тогда уже все сделают вывод, стоит ли мне продолжать. Ну вот, к счастью…

– К удовольствию?

– Ну не то чтобы удовольствие, но на самом деле мне было приятно, когда консолидированное бизнес-сообщество выступило в мою поддержку, и Михаил Юрьевич Ведерников внёс мою кандидатуру, и Борис Юрьевич Титов поддержал, и областное Собрание депутатов единогласно поддержало.

– Это очень важный момент: областное Собрание депутатов не так уж и часто голосует единогласно по каким-то вопросам, всегда находится несколько депутатов, которые голосуют против, – а тут неожиданное единодушие.

– Если в первый период назначения мои коллеги, с которыми я работал, голосовали за меня, то в этот раз всё-таки уже состав парламента изменился, и это тоже очень важно: те люди, которые даже со мной не работали плечом к плечу, приняли решение проголосовать за меня – и это было консолидированно независимо от политических соглашений, хотя я являюсь представителем другой политической силы и иногда высказываю мнение и по этому поводу.

За закрытыми дверями

– Вы к нам пришли буквально с заседания оперативного штаба по экономике, который проводил Михаил Юрьевич Ведерников. Мы присутствовали на открытой части, но всегда на таких заседаниях есть закрытая часть.

– Совершенно верно.

– Что вы там делаете, на этой закрытой и скрытой от глаз части этих совещаний?

– Да я бы не сказал, что мы там делаем что-то сверхъестественное …

– Подозреваю, что там становится просто горячо.

– Иногда – да. Всё-таки у нас формат оперативного штаба более расширенный, он подразумевает выступления не только членов оперативного штаба (а их там около десяти, включая меня), но и участие в этой работе предпринимателей, которые не входят в этот штаб. И конечно же, многие хотят высказаться по своим проблемам, и вопросы иногда бывают не совсем простые, и ответы на них не совсем простые. И я думаю, что Михаил Юрьевич правильно выбрал путь. На заседании мы по нескольким отраслям прошлись: по общепиту, по торговым центрам, по строительной отрасли. Выслушали, какие проблемы у этих отраслей существуют на данный момент, чего им недостаточно, когда нужно снимать ограничительные меры. Эти вопросы пока не могут обсуждаться открыто, потому что всё-таки наши люди любят всё обсасывать и обсуждать любую новость.

– На полпути продукт не показывают, пока не доведут до логического решения.

– Конечно, чтобы это не было пустым обещанием, надо это обещание проработать. Поэтому есть моменты, которые, наверно, всё-таки ещё рано озвучивать. И Михаил Юрьевич правильно сказал: «Я не тот человек, который захотел – снял меры, захотел – отменил». Действовать надо исходя «из того, какая ситуация складывается и какие меры необходимо снять для того, чтобы дальше не вернуться к закрытию».

Все ли меры поддержки поддерживают?

– На этом штабе прозвучала цифра – тоже из уст губернатора – о том, что 186 миллионов получили псковские предприниматели в качестве мер поддержки и ещё 225 миллионов на докапитализацию получает Фонд гарантий и поддержки предпринимательства. Но при этом ущерб экономике – несколько миллиардов рублей, звучала цифра от 5 до 7 миллиардов.

– Сегодня прозвучала цифра 3.

– Миллиарды, миллиарды рублей.

– Миллиарды, конечно.

– Всё равно эта сумма несопоставима с мерами поддержки. Мало или всё-таки достаточно?

– Если говорить о бизнесе всей Псковской области, то, конечно же, меры поддержки недостаточные. Понятно, что регион у нас не самодостаточный и не может себе позволить большее. Но я считаю, что со стороны федерального правительства меры могли бы быть и посерьёзнее, потому что по всем подсчётам (и это уже не секрет, и Борис Юрьевич Титов называл эти цифры) только 10 % предпринимателей смогли получить поддержку от государства.

– Почему так?

– Это связано со многими факторами. Во-первых, у нас не все отрасли попали в перечень пострадавших. Во-вторых, отрасли у нас попали в усечённом виде в соответствии с конкретными ОКВЭД [Общероссийский классификатор видов экономической деятельности. – ПАИ]. ОКВЭД везде, по всем мерам поддержки считаются основными. У многих предпринимателей (это нормально) было несколько ОКВЭД, по которым они работали: в определённый период они работали по одному ОКВЭД, в другой период – по третьему ОКВЭД, в четвёртый период – по четвёртому, но никогда не менялись с основного на дополнительный. Вот сегодня Андрей Юрьевич Филатов озвучил данные о ресторанном бизнесе: из 50 предпринимателей 15 не попали в перечень, потому что у них основной ОКВЭД не соответствовал. И часть из них уже пошли под ликвидацию, потому что не получили мер поддержки, а зарплату платить надо, выход из этой ситуации будет тяжёлый, потому что расходная часть обязательств по общепиту серьёзная, выручка будет небольшая, соответственно, экономически невыгодно будет выходить вообще при таком старте. Поэтому, конечно же, есть ряд предприятий, который будет закрываться. И продолжая тему, почему всё-таки такой маленький процент по мерам поддержки, я уже сказал: это несоответствие ОКВЭД. Некоторые не попали в реестр субъектов МСП: где-то не вовремя подали документы, где-то из-за сбоя в программе налоговой службы. Другие не попали по численности сотрудников. Это тоже такой критерий, который практически везде заложен, начиная от субсидий, кончая кредитами: сохранение численность. Система подсчёта численности принята вообще не совсем правильная, потому что учитывается отчётность ПФР, а в отчётности ПФР не численность указывается, а количество работников, которые застрахованы, то есть по которым уплачены страховые взносы. И их может быть больше, чем указано: это декретники, те, что на полставки работают, те, что проработали меньше месяца. Из-за несовершенства этого документа многие отпали: не получается выполнить критерий по сохранению численности. Задолженность – этот вопрос был решён: многие эту задолженность выплатили и попали под субсидии и другие меры поддержки. И вот в совокупности мы получили такую цифру на выходе: 10 %, в лучшем случае – 15 % предпринимателей по всей России получили меры поддержки в том объёме, в котором они необходимы. Есть многие меры поддержки, которыми практически никто не воспользовался. Сегодня руководитель налоговой службы говорила об отсрочках, что всего 16 заявлений.

Кредиты под 2 % сейчас тоже у нас проблема: лимиты, которые спущены в банки, по федеральным средствам заканчиваются.

– Прошло полтора месяца или даже меньше?

– Две недели прошло. И уже закончились лимиты. Сейчас идёт обновление, вроде как лимиты из федерального бюджета начинают поступать. Но была приостановка: количество желающих превысило возможности, потому что всё-таки продукт под 2 % интересен, потому что в случае сохранения численности государство бы взяло эти обязательства на себя через год.

– Беспроцентный кредит?

– По факту это даже не беспроцентный кредит, а субсидия.

– Безвозвратная, получается.

– Да, поэтому, конечно, этот продукт был интересен, причём на первых порах его выдавали даже тем, кто на дополнительном ОКВЭД. Понятно, что бизнесу интересны прямые инвестиционные вливания в экономику. А все остальные, отсрочки, рассрочки…

– Слишком много оговорок, чтобы считать их мерами поддержки.

– Действительно, очень много «но» по любой мере поддержки. И вот в этой части, конечно, возникает очень много вопросов: почему? Почему не все? Почему именно так решили? Почему именно этот подход? То есть очень много «почему» из-за этих «но». Критерии отсекают большое количество предпринимателей, причём добросовестных, которые не по своей вине установили свой ОКВЭД или что-то ещё сделали не так. С той же самой численностью: если к предпринимателю пришёл сотрудник и говорит: «Я хочу переехать в другой город, я увольняюсь», – что ему нужно ответить? Не увольнять? Конечно же, предприниматель обязан был подписать заявление, уволить. И соответственно, у него уменьшилась численность. В этот месяц два переехало вместо одного – и всё, человек не сможет получить меру поддержки. Страдает из-за того, что его обременили такими критериями, которые не зависят от него.

– Не проще было бы сделать просто заявительный характер мер поддержки? Вот я предприниматель, у меня ОКВЭД такой основной, такой дополнительный, прихожу в банк, получаю продукт под 2 % и вперёд.

– Нет, но он и так заявительный, только что решение принимает не сотрудник, а компьютер.

– То есть это не ручной режим.

– Это не ручной режим, поэтому они все от этого ушли, что банки, что налоговая, и считают, что разбираться комиссионно с каждым случаем они не смогут: у них не хватит на это ни времени, ни кадров. Отчасти я с этим соглашусь. Действительно, там большая нагрузка. Но всё-таки есть такие вопросы сейчас, которые должны решаться  комиссионно.

План спасения

– Федеральный план спасения экономики: по вашим сведениям, как много замечаний, в том числе тех, о которых вы сейчас говорили, в этом плане будет учтено?

– Я надеюсь, что они будут учтены. Но план мероприятий всё-таки, возможно, будет не так…

– Детализирован?

– Детализирован, да. Предложение по уточнению ОКВЭД исходило и от министра экономразвития. Вошло ли оно в план? Скорей всего, да, оно в него войдёт. Но я не знаю, почему они тянут до 1 июля. Либо они предлагают какие-то новые меры поддержки для предпринимателей, которые не попали в ту категорию, – это было бы тоже интересно и, может быть, правильно. Но не будет ли это поздно для определённых предпринимателей? Потому что накал страстей очень высокий, особенно в отрасли, которая закрыта и не получает мер поддержки. Это такой двойной удар: и работать нельзя, и меры поддержки не получить. Остаётся нагрузка по всем социальным обязательствам и финансовым, по арендам, а деньги взять негде. И кредиты, которые под 2 %, для них тоже недоступны: им банки предлагают по обычным программам – там под 18 % бери кредит. Я всегда заявлял о том, что необходимо включить в план поддержки экономики именно те отрасли, которые не попали на первом этапе. Потому что пострадали все – надо же им как-то тоже помочь. И я считаю, если эта часть появится в плане, это будет большой плюс для нашей страны.

«Корове» нечего есть

– Все понимают, что история с провалом российской экономики – это не только этот год, но и следующий и последующий. Не имеет ли смысл просто снизить налоговое бремя предпринимателей? Или это ещё больше приведёт к коллапсу экономики?

– Нет, конечно, это всё имеет смысл. По страховым взносам была снижена ставка с 30 до 15 %, она имеет пролонгирующий эффект, то есть это довольно-таки хороший шаг. Но снижение налогов произошло, опять же, только для пострадавших отраслей. И мы об этом заявляем, как и о сохранении ЕНВД, потому что мы все помним, как мы в том году отстаивали вопрос, чтобы отмены ЕНВД в 2021 году не было. Ситуация с пандемией, конечно, подхлестнёт большую часть предпринимателей закрыться, если мы ЕНВД отменим с 2021 года. Если мы сохраним ставки, которые у нас снижены для пострадавших категорий, которые мы, может быть, ещё и расширим, это будет большой плюс. Вопрос о снижении ставок по региональным налогам мы тоже давно отстаиваем: у нас неконкурентные ставки, их надо снижать. Показатели, которые у нас заложены в программе, что до 2024-го мы должны увеличить количество субъектов МСП, будут недостижимы вовсе, если мы не сохраним политику снижения налоговых ставок. Брать с бизнеса последние капли и думать, что он всё равно заработает эти деньги, бессмысленно.

– В общем, если сравнивать бизнес с дойной коровой, то корова нынче очень отощала и доиться перестала.

– Да, есть-то ей нечего.

Вычет за скидку

– Удалось ли разрешить ситуацию между арендодателями и арендаторами? Только в конце марта Михаил Юрьевич заявил о том, что на государственную муниципальную собственность арендные ставки будут существенно уменьшены, и призвал к этому и бизнес. Как сейчас обстоит дело с арендой?

– Буквально сегодня на заседании штаба у нас выступала представитель торгового центра «Империал» Пожидаева Юлия Валерьевна, она рассказала о ситуации на примере её торгового центра. Действительно, ситуация непростая. Арендодатель пошёл на скидки, снизил на 50, даже на 80 % арендные платежи, а арендодатели смогли в соответствии с законом о налогах на имущество организации воспользоваться налоговым вычетом. К сожалению, этот налоговый вычет они получат только в следующем году, потому что это налог за 2020 год. Большая часть предпринимателей, арендодателей-частников смогли пойти на эти издержки. Они понимают, что арендаторы им нужны. Если владельцы не снизят аренду, арендаторы уйдут. А тут ещё появилась налоговая льгота по налогу на имущество организаций и дала возможность арендодателям получить меры поддержки. Это очень правильно. И я считаю, что в этой части мы немножко снизили градус. Теперь все ждут открытия и послабления ограничительных мер, особенно, конечно, этого ждут торговые центры и вещевые рынки. Все у нас смотрят на Москву, а Москва открылась, значит…

– Москва нынче гуляет.

– Да, и гуляет, и торгует, и всё у них хорошо и красиво. И конечно, понимаем, что губернатор тоже ждёт, когда и у нас такое можно будет сделать, надеется, что это будет скоро. Я считаю, что градус снижен, но надо ещё чуть-чуть подождать – и, наверно, всё будет хорошо.

– Сегодня Михаил Юрьевич назвал ориентировочные сроки: часть мер на будущей неделе будет убрана, часть – в конце месяца. Бизнес-то сам сколько сможет ещё ждать?

– Вы знаете, бизнес уже не может ждать. Некоторые уже просто говорят: «Мы увольняем людей». И я их понимаю: наверно, всё-таки они в части экономических соображений многие правильно делают.

– Очень надеюсь, что ограничительные меры побыстрее снимут. И очень хочется, чтобы наш бизнес как можно быстрее приходил в себя. Мы все давно уже отвыкли от заколоченных окон, витрин, закрытых дверей, и поэтому повторения, возвращения к таким ситуациям, думаю, не хочется никому.

– Да, к сожалению, ситуация непростая, и конечно, таких ситуаций надо избегать и всячески помогать бизнесу. И я тоже надеюсь, что в ближайшее время наша экономика, в том числе в нашей области, начнёт восстанавливаться – в том числе с учётом поддержки наших региональных властей.

Версия для печати

Поддерживаете ли вы меры по борьбе с коронавирусом, предпринимаемые региональными властями?

Проголосовать >>>


Идет загрузка...