2
  • Коротко
Культура

Капали сочинские слезы

В прокат вышла картина «Два билета домой» Дмитрия Месхиева – остросоциальная драма о девушке-сироте, которая находит своего отца и пытается его убить. Муслим Камалов ставит клеймо на картине и разъясняет, почему новый фильм Месхиева, не снискавший похвалы жюри и наград на 29-ом Кинотавре, смотреть в кинотеатре – себе дороже.

Люба Васнецова (Мария Скуратова) – тихая провинциальная девочка-припевочка с ералашевской фамилией и короткой стрижкой «ровных пацанов». Она – круглая сирота и живет в доме-интернате, откуда на днях уже должна выпуститься. Имя девочки говорит само за себя: клинья с одной стороны уже давно подбивает добродушный и беззаботно влюбленный в нее паренек с кликухой Шило (Камиль Иблеев-Хардин). Любаня, естественно, к Шилу совсем холодна и сохнет по крайне мутному представителю рода homo-быдло по имени Артем (Евгений Ткачук), мечтая после интерната укатить с ним в Петербург ради карьеры стюардессы. Только вот досада: постоянно залипающий в клубах (и в айфоне) четкий парень Тёма всеми силами пытается донести девушке, что она ему совершенно безразлична. А та понять этого (как и заметить звонки девушек) никак не может.

В день выпускного Люба случайно узнает, что она не совсем сирота: отец (Сергей Гармаш) не сгорел на пожаре 15 лет назад (по легенде директора интерната), а будучи пьяным по горячке выбросил маму Любы в окошко, отправился за это на зону и, как выясняется, все это время был жив. Украв у Шила пистолет, Люба решает во чтобы то ни стало отыскать отца и отомстить за смерть матери. Антракт.

Режиссера Дмитрия Месхиева все помнят, в первую очередь, по брутальной и эмоционально-тяжеловесной военной драме «Свои», с которой он выиграл в далеком 2004 году Московский международный кинофестиваль (ММКФ) аж в трех главных номинациях, прогремев на всю страну. Дальнейшую карьеру режиссера хотелось бы не вспоминать, да и, может быть, вовсе забыть: за эти годы Месхиев попробовал себя и в трэшовой комедии с Бондарчуком, скучном социальном манифесте со Стояновым и в историческом помпезно-пафосном «Батальоне». Хит-парад закрывает тот самый сериал «Стена», про который и вовсе просто стоит промолчать. После «такого», безусловно, хочется сотворить что-то настоящее, искреннее и пробивное, выступить с той табуретки, на которую еще не вставал ни разу. Тут удачно под рукой Месхиева оказался Сергей Гармаш, рассказавший идею для фильма, которая, по его словам, родилась у него еще давно и мучила долгие годы. Тогда Месхиев решил заново использовать сохранившиеся после триумфа на ММКФ (и, конечно, взлетевшие после «Батальона» почти до небес) режиссерские амбиции и смело нырнул с головой в незнакомую территорию роуд-муви, но, правда, немного переборщил и достал-таки до дна.

«Два билета домой» то ли по чистой случайности, то ли по какой-то нелепой ошибке или невероятному везению попали аж в основной конкурс сочинского Кинотавра (далеко не последнего крупного российского кинофестиваля) этого года, ведь, даже невооруженным глазом видно, что картина явно заточена под малые телевизионные экраны. Практически с первых сцен фильм ровным слоем пестрит сериальными сюжетными банальностями и дикой наивностью, идущие впритирку с наигранным искусственным драматизмом, в который не веришь ни разу. Вся эта собранная воедино квинтэссенция второсортных конвейерных российских сериалов - провинциальный любовный треугольник, страсти сиротные, одноэтажная околодеревенская Россия со стереотипными местными аборигенами прямиком из XX века и такие же деревенские односценовые дурачки-бандиты, - так и просится на каналы «Русский роман» или «Домашний», но никак не в зал кинотеатра. Но здесь целевая аудитория, по большому счету состоящая из домохозяек, смело может выдохнуть: продюсированием и поддержкой занимался канал «Россия 1», а поэтому фильм точно появится там в каком-нибудь вечернем эфире.

Из-за откровенно слабого и никчемного сценария, над которым, сложно поверить, усердно корпели аж три человека (Гармаш, Месхиев и Ошмянская), фильм прекрасно дробится на отдельные мелкие истории. Поэтому нарезать его на ровные серии не потребует от создателей особых усилий. И это не удивительно: сценарий переписывался несколько раз, с развязкой авторы, по словам того же Гармаша, тоже не могли долго определиться. А современный подкованный зритель знает, что перелопаченный несколько раз сценарий фильма - уже веский повод для скепсиса. Телевизионным флером от сценария начинает веять уже в самом первом эпизоде, который строит из себя какую-то безобидную аргентинскую мыльную оперу, нелепая закадровая музыка это только подтверждает.

При этом все это довольно странное предисловие с любовными потехами Любы никак не связано с основным сюжетом, оно лишь пытается выполнять обязанности раскрытия некоторых сторон жизни героини и ее характера. Ну, или чтобы лишний раз покрасоваться титром с названием фильма на весь экран (здесь зачем-то два раза объявляют название картины). Правда за все невнятное и сумбурное вступление мы так и не узнаем о характере героини ровным счетом ничего, кроме того, что эта маленькая фифа не та, кем кажется. Интрига не заставит себя долго ждать, и психика Любы символично надломится уже минут через пятнадцать, на выпускном, после которого, как мы знаем, все «вступают во взрослую жизнь». В итоге из наивной инфантильной сентиментальной и ранимой дурочки Люба в один момент резко перевоплощается в эдакую «Любу с татуировкой дракона». Стоит только однокласснице ее обозвать, триггер срабатывает молниеносно и вот уже Люба лупит по щам обидчицу, вспоминает, что она стереотипная девочка-бунтарка из интерната и после непродолжительного монолога прыгает из теплохода в реку. Героиню будто подменяют, режиссер позволяет ей включить на все оставшееся время режим истерички и наорать на директрису (в исполнении Натальи Сурковой), а потом порезать ей руку ради правды об отце. Мария Скуратова в амплуа девочки-бунтарки смотрится крайне неубедительно, виной тому – отсутствие достаточно сильной харизмы, которая и должна была тянуть на себе сложного персонажа, а также картину.  

При этом все моменты «экшэна» (которых два крестом) в фильме поставлены весьма травоядно и безобидно: Месхиев осторожничает, не рискует прошляпить телевизионную аудиторию (на них вся надежда), поэтому практически все персонажи здесь проявляют агрессию, как пушистые кролики. Фраза «это у тебя хлебало, а у меня уста» станет самой страшной и вызывающей за весь фильм, непременно уйдет в народ и останется на языке у каждого. В роуд-муви с сюжетом, построенным на таких серьезных щах, не окажется ничего жуткого, провокационного или смелого. Видимо, серьезный рейтинг 18+ присвоен ленте только за двухсекундную, нелепо снятую и также слепленную сцену попытки изнасилования Любы, поскольку больше ничем этот взрослый рейтинг, который обычно дает зеленый свет сценам и похлеще, тут даже не стараются оправдать. Вместо этого зрителя постоянно кормят совершенно невыразительным и выпуклым драматизмом через избитые клише и символы: если героиня грустит по ушедшей любви, то это обязательно крупный план залитого слезами экрана смартфона, а когда Любе уж совсем разбивают сердце, то она непременно берет и символично разбивает окно в машине бывшего парня. Подобная старомодность режиссерского стиля просматривается здесь везде, так, к счастью, не снимают уже давно. Большие картины уж определенно.

Ко всему заметно, как Месхиев при этом старается угнаться за современными трендами в кинематографе и почему-то решает продемонстрировать это через весьма странную манеру съемки оператора Владимира Башта («Время первых», «Географ глобус пропил», «Брестская крепость»), которая должна показаться неожиданной, нетипичной и новаторской, а в итоге от нее, буквально, идет голова кругом. Камера постоянно будет кружить и облетать вокруг всех и вся, поэтому, если и решитесь пойти на это в кино, то будьте готовы к серьезным «космическим нагрузкам», где будет трудно заметить, как из жизни мигом исчезнут скромные 100 минут. Сергей Гармаш тоже успешно доказывает вслед Месхиеву свою насмотренность и изображает из себя в отдельные моменты то ли Жана Рено, то ли Жана-Поля Бельмондо или позднего Билла Мюррея (нужное подчеркнуть). Самый пик его роли придется на трогательный и гиперэмоциональный монолог с раскаянием, снятым также крупным планом, где Гармаш сильно переиграет и выдавит эмоции уже через силу. Все это выглядит слишком жирно, в лоб и крайне неестественно. Все остальные дыры хронометража в картине успешно забивает беготня за транспортом, опять же запечатленная в эпилептически-лихорадочном темпе: здесь постоянно будут догонять то поезд, то скутер или машину, потом еще одну и еще. Видимо, Месхиев и остальные создатели фильма буквально поняли и восприняли для себя кинематографическое понятие «роуд-муви».  

Стоит признать, что картина «Два билета домой» вышла откровенной халтурой и издевательской жанровой поделкой, абсолютно безыдейным фильмов с крайне неумело написанными диалогами и наивными сюжетными твистами, которые к тому же здесь поленились даже закрутить. Добавьте к этому финальную сцену торжественного всепрощения и воссоединения дочери с отцом под древний кислотный хит «Отпетых мошенников» «Люби меня, люби» и вы получите коллективный кошмарный сон Квентина Тарантино и Альфонсо Куарона. Ну а все, что смогли получить Месхиев с Гармашом на Кинотавре – это два билета ... домой.

Муслим Камалов
Версия для печати
  • Сюжет
  • Киногид
Инопланетное пати в Париже: почему новые «Люди в черном» заставят вас стереть себе память Пепел к пеплу: Саймон Кинберг и Fox хоронят франшизу о мутантах в «Люди Икс: Тёмный феникс» Кинопремьеры недели: «Рокетмен», «Люди Икс: Тёмный Феникс» и новый фильм Брайана Де Пальмы Атомный реслинг: насколько ужасна «Годзилла 2» Майкла Догерти Кинопремьеры недели: «Годзилла 2», «Так сказал Чарли» и сиквел «Тайной жизни домашних животных» «Красочная буря в пустыне»: ремейк «Аладдина» от Гая Ричи Кинопремьеры недели: «Братство», «Война Анны» и «Коридор бессмертия» На пороге вечности: «Мстители: Финал» «Игры разумов»: Шон Пенн и Мэл Гибсон создают Оксфордский словарь «Миллиард»: никчемный имитационный фильм-ограбление Романа Прыгунова


Идет загрузка...