0
Общество

«Премьера будет обязательно!»: Дмитрий Месхиев — о фестивалях, долгосрочных планах, культурных перспективах и оптимизме

Чем порадует зрителей Псковский театральный фестиваль – 2020, когда ждать премьер,  о возможностях и позитиве ведущий проекта ПАИ-live Максим Андреев расспросил Дмитрия Месхиева, кинорежиссёра и художественного руководителя Псковского драматического театра.

Неожиданный фильм

– Только что, как мы знаем из СМИ, закончились съёмки вашего нового фильма. В двух словах: что это за картина?

– С этим кино вообще очень странная история, скажу честно. Когда начался карантин и все сидели дома, делать было нечего, я сел и написал сценарий по мотивам рассказов одного петербургского молодого писателя, с которым мы довольно давно сотрудничаем, делаем попытки что-то создать совместно. Потом этот маховик завертелся, и в общем, всё сложилось совершенно для меня неожиданно и достаточно быстро. Это такое петербургское кино про молодых людей, про людей среднего поколения, про попытки спастись от своих проблем за чужими спинами – то, что мы делаем постоянно, с чем связана наша жизнь. Это кино про предательство, про то, как мы предаём, нас предают, то, с чем опять же мы сталкиваемся очень часто.

– Не успело ПАИ написать, что начались съёмки и снимается Юля Пересильд, – и уже Юля написала у себя в Instagram, что съёмки закончились. Это её материал снят или в принципе фильм готов?

– Да нет, фильм, конечно, ещё не готов. Ещё предстоит полгода постпродакшна – монтажа, звука и так далее, но съёмки мы закончили. Долго готовились, быстро сняли и долго будем теперь завершать. Вот такой процесс. Но у нас не было возможности всё это затягивать, да и это такой проект, в котором нужно было всё делать стремительно. В общем, мы стремительно и сняли. Даже для нынешних производственных показателей в кино мы, в общем, сняли это кино очень быстро.

– А быстро – это сколько дней? Это какой-то рекорд? Для вас, по крайней мере.

– Рекордов, конечно, никаких мы не ставили, и таких задач не было. У нас было 14 дней – это мало, конечно. Но поскольку мы долго готовились и я знал заранее чётко и точно, что, когда, где и как нужно делать, мы умудрились выполнить поставленную задачу и за 14 дней сняли кино.

– Юлия написала в Instagram, что это был ад, супертреш. Что она имела в виду? Напряжённый график съёмок?

– Нет. Про ад она писала про свою работу со мной, когда ей было 18 лет, которая была более 15 лет назад. Она про это писала. Это и была её первая роль в кино. Про этот фильм она не писала ещё «это был ад».

– Последний пост – у неё там точно фигурировало слово «супертреш».

– Наверно, ей так показалось. Но мне сложно за Юлю Пересильд что-либо говорить. Что я должен ответить про посты Юлии Пересильд?

– Что бы это могло означать? Вы изнурили её длительными напряжёнными съёмками, когда нужно было в график уложиться?

– Да не изнурил я её ничем! Вы её не так поняли, видимо. Она как раз счастлива и довольна.

– Нет, это было понятно, что ей очень нравится, просто интересно, это она так материал характеризует, какой-то драйв от съёмок? Но не будем гадать, согласен.

– Мне сложно сказать. Я не могу обсуждать посты моей подруги и соратницы, честно вам скажу.

– Да, я вас понял. Перефразируя, для вас это тоже было каким-то вызовом, испытанием? Или всё-таки вы делали режиссёрскую работу, как уже много раз?

– Нет, для меня это была чрезвычайно непростая работа, скажу вам честно. Так быстро снять картину, при этом я старался сделать это хорошо, уж не знаю, как получилось, но я очень старался. И кино очень непростое: оно несложное в производстве, но очень непростое по игре артистов, по психологизму. Поэтому мне пришлось, как бойцу в боях без правил, очень тщательно себя и психологически, и физически подготовить к тому, чтобы с этим справиться. Тем более что для меня это очень новое кино, я такого кино, честно говоря, не делал. Это для меня странное кино. И я очень хотел это сделать, очень! Поэтому, конечно, для меня всё это было непросто. Но я доволен процессом, работой, очень доволен работой с Юлей Пересильд, если уж мы затронули её в нашем разговоре: она стала блестящей, великолепной артисткой, просто великолепной!

– Мне кажется, это, бесспорно, одна из супрезвёзд нашего сегодняшнего российского кино.

– У нас есть суперзвёзды, которые далеко не великолепные артистки, я бы даже сказал, не очень хорошие. А вот Юля как раз в себе сочетает и то, и другое, она суперзвезда, но при этом ещё и великая артистка.

– То, что фильм снят так быстро, означает, что это какая-то камерная картина, было задействовано мало актёров или нет?

– Да нет, там не так и мало актёров. Это, конечно, достаточно камерная история, но там ещё и перемешаны жанры: там есть и комедия, и немножко треша, и мелодрама, и человеческая драма, и даже немножко взаимоотношения отцов и детей, матерей и детей, так скажем. Поэтому я не могу сказать, что это совсем фильм «на двоих». Нет конечно!

Две премьеры

– Думаю, что зрители ПАИ-live уже заинтригованы и ждут премьеры.

– Я сам заинтригован, скажу честно.

– Поскольку вы много времени проводите в Пскове, вас уже тут называют псковским режиссёром, соответственно, вопрос: когда смогут увидеть фильм псковичи? Допустим, был в своё время показ «Батальона» – может быть, будет закрытый показ в узких кругах?

– Во-первых, чтобы был закрытый показ, нужно не только моё желание. Во-вторых, скажу честно, я склонен про показы разговаривать и обсуждать это всё-таки ближе к завершению фильма. Сейчас не очень понятно, когда мы его закончим. Это будет в любом случае в следующем году. Я думаю, что мы только к весне закончим его производство. Эта картина, скорее всего, не будет идти в кинотеатрах и по телевидению, она изначально задумывалась и делалась для интернет-платформ. Но это не исключает, может быть, камерного проката этого фильма и тем более закрытых показов. Там видно будет. Надо сначала понять, что из всего этого получается.

– Мне кажется, мы уже достаточно сказали для того, чтобы заинтригованные псковичи ждали или возможности этот фильм увидеть. Мы ни разу не произнесли его название. Это уже название окончательное или рабочее?

– Нет, это окончательное название. Называется кино «Хорошие девочки попадают в рай».

– Следите за анонсами. Дмитрий Дмитриевич, ещё был анонсирован на конец сентября спектакль в Псковском драмтеатре, поставленный вами.

– На конец сентября это не получается, потому что у нас фестиваль в конце сентября и сейчас нам не до постановок спектаклей. Но я буду ставить спектакль, это уже решено и определено. Я не могу пока назвать точную дату выхода. Мы планировали это сделать в декабре. Если это будет получаться, то мы сделаем это в декабре. Если это не будет получаться в декабре, то, значит, это будет конец января – начало февраля. Но премьера будет обязательно. Я его сделаю, я уже решил, мы даже начали потихоньку репетировать.

– На ПАИ информация об этом была со слов директора драмтеатра Андрея Пронина. Если можно приоткрыть кулисы тайны – в двух словах об этом проекте.

– А тут тайны никакой нет. Это довольно известная пьеса, поставленная во многих театрах нашей страны, называется она «Академия смеха». Делать мы её будем на малой сцене. Это по пьесе японского автора Коки Митани. Это была моя идея, я начал пьесу переделывать, но когда мы начали репетиции, мы её переделывали с артистами Евгением Терских и Александрой Овчаренко уже это втроем и переписали на Россию наших дней, а не на Японию 30-х годов. Это пьеса про разговор чиновника и драматурга.

– Очевидно, история, актуальная в разных культурах и в разные времена.

– История, актуальная всегда.

– Не могу не спросить: переклички с нашими реалиями там будут? 

– Вы знаете, мне сложно сказать. Понимаете, в пьесе «Ревизор» переклички с нашими реалиями есть? Есть.

– Как мы убедились, это, собственно, всё про нашу жизнь.

– Совершенно справедливо! В «Преступлении и наказании» Достоевского переклички с любыми реалиями есть? Конечно есть! Эта драматургия может быть актуальной, перекликаться с нынешним временем, и сейчас мы не зря это, собственно говоря, переделали и переписали на Россию сегодняшних дней. Но я не ставлю перед собой задачи сделать остросоциальный спектакль или какую-то острую сатиру. Я хочу сделать комедию. Но просто мне кажется, что зрителю интереснее и понятнее, когда это про Россию сегодняшних дней, а не про Японию 30-х годов, где, в общем, много непонятного. Поэтому мы постарались просто её адаптировать. Мне кажется, что просто так смешнее.

Фестивальный «паровозик»

– Понятно, что уже скоро начнётся театральный фестиваль, который чудом у нас получился два раза: и онлайн, и офлайн пройдёт. Кроме этого, какие проекты сейчас в работе или планируете к ним приступить?

– Во-первых, я могу сразу вам сказать, что никакого чуда в этом нет, потому что мы изначально знали и понимали, что мы всё равно проведём фестиваль в сентябре или в октябре, у нас это обсуждалось с администрацией региона, и мы изначально договаривались и хотели, чтобы этот фестиваль прошёл офлайн. Что касается онлайна, вот это как раз большее чудо, потому что мы довольно быстро сделали программу нашего онлайн-фестиваля, нам помогли Союз театральных деятелей и администрация области, и онлайн-фестиваль хорошо прошёл. Я очень доволен, потому что почти 70 тысяч просмотров – это достаточно много для того времени и для онлайн-показа. Но это очень хорошо, что так получилось. Важно, что теперь получился офлайн-фестиваль, важно, что мы всё-таки его сделали в 2020 году. Это очень хорошо, что не было перерыва из-за карантина, пандемии и так далее.

– Под чудом я имел в виду, что ограничения оказались сняты и все успели провести большую работу, организовать фестиваль.

– Да, это чудо, тут я согласен абсолютно! Слава богу.

– Но всё равно получается, что эта работа шла в режиме форс-мажора, там ограниченное время. Насколько удалось реализовать все задумки?

– Да вы знаете, на самом деле программа более или менее была создана ещё прошлой зимой, просто так получилось, что мы перенесли этот фестиваль на сентябрь с июня, с конца мая – начала июня. Но, в общем, программа практически не изменилась. Программа сильная, я очень доволен и думаю, что это одна из самых сильных программ фестиваля за последние несколько лет. Там есть очень сильные вещи, и в целом она очень хорошая. Она так сформировалась, может быть, опять же благодаря событиям, которые происходили.

– Коронавирусная весна показала, что строить планы уже бесполезно. Трудно сказать, что на самом деле реализуется, что нет, поэтому загадывать не будем. Но тем не менее в прошлом году речь шла о том, чтобы объединить театральный фестиваль и Пушкинский праздник поэзии. Как говорится в пословице, помирать собирайся – поле сей, что бы нас ни ждало в будущем – вторая волна, третья волна, но наверняка сейчас уже продумываются планы на следующий год. Эта концепция объединения двух фестивалей в силе?

– Мы не собирались и не будем собираться объединять два фестиваля, совсем нет! Пушкинский театральный фестиваль – это Пушкинский театральный фестиваль, а Пушкинский праздник поэзии проходит в основном в Пушкинских Горах, и это Пушкинский праздник поэзии. Ничего мы не собирались объединять, ну что вы! Мы просто хотели сделать так, чтобы это проходило одно за другим. Мы хотели сделать так, чтобы Пушкинский театральный фестиваль был в конце весны перед, допустим, Пушкинским праздником поэзии, чтобы мы проводили фестиваль не на день смерти поэта, а всё-таки ближе к дню рождения. Мне кажется, это более правильно, понимаете? Более того, мы расширили рамки Пушкинского театрального фестиваля, показываем спектакли не только по произведениям Пушкина, но у нас есть отдельные рубрики и классики русской, и современной литературы. Поэтому была идея в том, чтобы это шло последовательно: проходил фестиваль, а потом Пушкинский праздник поэзии. С точки зрения туристической привлекательности это очень хорошо для региона. Поэтому ни о каком объединении фестивалей речи даже нет.

– Концепция сделать их таким, скажем, «паровозиком», продлить присутствие туристов в регионе – она в силе?

– Да, эту концепцию мы не отменяем, мы хотим всё-таки делать фестиваль в конце мая – в начале июня: это очень хорошо для театра и, с моей точки зрения, это очень хорошо для публики и для региона. Я уже объяснял и ещё раз повторяю: когда делался фестиваль в феврале на месяц, а то и полтора, театр просто умирал из-за этого в самом сердце театрального сезона, понимаете? Фестиваль у нас проходит десять дней, например, но месяц театр не работает: мы не можем репетировать, мы не можем играть текущие спектакли, из-за этого у нас цейтнот в новых постановках, в новых выпусках. А когда это в конце сезона, это значительно интереснее, привлекательнее и правильнее со всех сторон. Это моя точка зрения, но пока я и пока моя команда делаем этот фестиваль, мы будем настаивать на том, чтобы всё-таки это было в конце мая. Это уже происходит в сезон туристический – это тоже важно, с моей точки зрения. И погода другая – это тоже хорошо. У меня горячее желание расширить фестиваль и делать его не только в залах, чтоб мы могли показывать уличные спектакли. Если мы его будем делать в начале июня, мы сможем частично делать программу из уличных спектаклей, а хороших и интересных уличных спектаклей много очень, и у нас фестиваль из-за того, что он проходил зимой, этого лишён абсолютно. Понимаете, мы можем показывать спектакли в совершенно других локациях – не только в театральном зале. А это интересно, потому что сейчас много интересного делается не только в театральных залах: делаются спектакли на вокзалах, в парках, крепостях и каких-то иных объектах. Почему же нам не показать это в городе?

– Будем надеяться, что в следующем году все задумки сбудутся и мы действительно уже увидим фестиваль в новом формате. 

Больше позитива!

– Для вас сейчас завершится тяжёлая фестивальная страда – вы вернётесь к работе над фильмом?

– Я вернусь к работе над фильмом и потихонечку буду работать над спектаклем.

– У нас в последний год, к сожалению, количество фестивалей в регионе только сокращается в силу разных причин. Есть у вас, в театре, в дирекции идеи новых проектов, которые могут выстрелить?

– Слушайте, у меня есть довольно много идей, даже уже сформированных, что можно было бы сделать в городе Пскове, какие можно было бы сделать события. Но сейчас большие сложности с финансированием, с деньгами, поэтому я пока жду, когда всё восстановится, наладится, а там видно будет. У меня всегда идей много.

– Безусловно, самое главное, чтоб были эти идеи, даст бог, когда-нибудь появятся и деньги в нашем городе, в нашем регионе. Последний раз вы были в эфире ПАИ-live в мае, ещё будучи в самоизоляции. Вы сказали, рассказывая про то, как изменился ваш образ жизни в связи с коронавирусом, что бросили курить.

– Да.

– С тех пор не развязались?

– Нет. Ну зачем же бросать, чтобы развязаться-то?

– Всё течёт, всё меняется – мало ли… Нервная работа над фильмом.

– Нет, я избавился, слава богу, от этого и надеюсь, что надолго.

– Мы уже говорили, что загадывать нельзя, но с опытом самоизоляции готовы, если что, комфортно, с пользой для себя снова стать отшельником?

– Честно скажу, я к этим вещам отношусь достаточно философски. Не могу сказать, конечно, что принимаю это с радостью, но понимаю, что если так случилось, значит, я буду стараться использовать это время для тех вещей, до которых, например, руки не доходили, на которые не хватает времени. Но когда ты поставлен в такую ситуацию, значит, надо это время использовать с максимальным плюсом и максимальной пользой для себя, для своей работы, для семьи. Я не из тех людей, которые верещали и кричали: «Ой, какой ужас, какой кошмар!» Конечно, это несколько сложнее, тяжелее, но это тоже опыт, и мне кажется, из этого тоже можно извлечь какие-то интересные вещи. Я вообще относился к этому – да и отношусь до сих пор – как к некоторому приключению: как к приключению сидеть дома, как к приключению никуда не ездить, как к приключению, собственно, заниматься собой. Есть же масса вещей, которые можно делать сидя дома: можно начать заниматься спортом бросать курить – в общем, можно очень много с собой сделать, когда есть время. Мне кажется, что нужно эти шансы использовать.

Версия для печати

Готовы ли вы ездить на работу на велосипеде?

Проголосовать >>>


Идет загрузка...