Кто виноват в пожаре на Желче

Еж, погибший от палов травы. Фото из открытых источников.

Остыло пожарище, улёгся пепел, стало  черным-черно на несколько километров вдоль берегов реки Желчи. Почти три недели прошло с того ужасного дня 27 марта, когда огнём выжгло сотни гектаров сухой травы и камышей. К счастью, ни люди, ни жилища не пострадали и лес не сгорел. Кто виноват в пожаре и кто должен нести ответственность за него, мы пытались разобраться со всевозможными компетентными органами. Ответы  нашлись, но на душе по-прежнему неспокойно.

Не пойман – не поджигатель

Напомню, мы с товарищем в конце марта оказались случайными свидетелями начала крупного пожара на берегах реки Желчи («Кто выжигает траву на заповедных землях в Гдовском районе»). Огонь только начинал набирать свою силу, притом на острове он уже полыхал с шумом и треском, а слева и справа от ограждения этой «непонятной» базы языки пламени только начинали вспыхивать. Ярко выраженные места, откуда 5-10 минут назад начал распространяться огонь, нам явно говорили об умышленном поджоге. И поджигатель, на наш взгляд, был рядом. Охранник базы беззаботно прохаживался в 10-15 метрах от берега, нисколько не обращая внимания на разгорающийся кошмар. Мы его пытались подозвать и расспросить, но он как бы нас не замечал и демонстративно удалился в противоположную сторону. В этот час на пять километров вокруг, кроме него и нас, никого не было, мы, во всяком случае, никого не видели. Но, как говорится, не пойман – не вор, то есть не поджигатель.

Пожар на берегах реки Желчи 27 марта 2021 года. Фото автора.

Через три дня, 31 марта, мы опять там побывали. И ужаснулись ещё больше («Безжизненное пепелище»). Таких масштабов выгоревших площадей камыша и травы я в своей жизни ещё не видывал. Особенно пострадал правый берег Желчи – всё почернело не менее чем на два километра в длину и на 100-300 метров в ширину. К слову, когда мы были там во время пожара, то на правом берегу возгораний ещё не было. А это значит, что в тот же день или вечер после нашего убытия поджигатель продолжил своё чёрное дело.

О пожаре сообщил всем

О происшествии я сообщил и в МЧС через пресс-службу, и в Себежский национальный парк, пожар был на территории Ремдовского заказника, структурно входящего в СНП и в гдовское лесничество: лесной фонд – их ответственность. Везде быстро откликнулись и пообещали принять меры.

 Из пресс-службы МЧС направили моё сообщение и фотофакты в Государственный пожарный надзор – Управление надзорной деятельности и профилактической работы Главного управления МЧС России по Псковской области, где приняли решение о проведении административного расследования.

Из гдовского лесничества ответили: «На основании поступившей от вас информации Гдовским лесничеством отправлено сообщение по подследственности в отдел НД и ПР по Псковскому и Гдовскому районам». Из Себежского НП заместитель директора по охране в разговоре по телефону пообещал разобраться с этим вопросом.

31 марта после увиденных последствий пожара нам удалось побеседовать и с охранником базы. Он рассказал, что никого из властей или пожарных ни во время, ни после пожара не видел и никто к нему на базу за это время не приезжал.

Как же так? Неужели Ремдовский заказник и его обитатели беззащитны и никому сегодня не нужны? Именно такие вопросы я вновь задал во все три вышеназванные организации. И опять удивительно оперативная реакция, ответы получил по электронной почте в день обращения. Спасибо, в наше время это большая редкость. Но на этом моя радость и закончилась.

Таких масштабов выгоревших площадей камыша и травы я в своей жизни ещё не видывал. Фото автора.

Из органов сообщили…

Пресс-служба МЧС ответила, что административное расследование ещё не завершено. Хозяину построек, возле которых произошёл пожар, за нескошенную на участке траву грозит наказание в виде предупреждения (мера административного воздействия действует в течение года. – Прим. авт.). При повторном нарушении противопожарных правил наступит уже более серьёзная ответственность в виде штрафа. Если там опять загорится, то попросили сообщать по телефонам 01 или 112.

Мои действия, по оценке специалистов МЧС, неправильные, надо было немедленно звонить, связь по номеру экстренных служб есть в любой точке Псковской области. Своевременное извещение о поджоге помогло бы более достоверно установить виновника поджога. Выяснено, что участок, где произошёл пал сухой травы, был окружён со всех сторон водой (остров) и угрозы жилищным и другим строениям не было, как не было и угрозы возгорания леса.

«КУ «Гдовское лесничество» осуществляет на землях лесного фонда федеральный государственный лесной надзор, пожарный надзор в лесах. Выжженные земли не относятся к землям лесного фонда. По фактам всех пожаров на прилегающих к лесному фонду землях направляются заявления в уполномоченный орган, в данном случае – в отдел надзорной деятельности МЧС. Так, в официальном письме № 199 от 30.03.2021, направленном в ОДН МЧС лесничеством, указана исчерпывающая информация для привлечения виновных лиц к ответственности. По нашим сведениям, МЧС по факту возгорания проводит административное расследование! Ещё раз повторюсь, у лесничества нет полномочий на земли вне лесного фонда. То, что охранник не видел работников лесничества, не значит, что их там не было», – говорится в письме из гдовского лесничества.

И из Себежа пришло сообщение: «На настоящий момент установлен предположительный владелец данной «базы». В его адрес готовится и будет выслано предостережение о соблюдении правил противопожарного режима. Сейчас устанавливается адрес его места регистрации для отправки предостережения (предостережение – это мера профилактического характера. – Прим. авт.). На место пожара выезжал государственный инспектор в области охраны окружающей среды и установил кадастровые номера сгоревших участков – 6:03:0081901:13, 6:03:0081901:28, 6: 03:0081901:29», – ответили мне в Себежском национальном парке.

Из этих яиц уже никто не вылупится. Фото из открытых источников.

Берег левый. А берег правый?

Что сказать? Люди ответственные, работают. И даже мне досталось на орехи. Каюсь, действительно надо было сразу позвонить по телефону экстренных служб, но почему-то в мою голову это пришло позднее. Удивляет другое.

Как утверждают руководители всех трёх организаций, проводя расследования, на месте происшествия побывали их сотрудники в серьёзных должностях государственных инспекторов. И под сомнение сей факт я не ставлю. Но почему ни один из них не встретился и не побеседовал с главным свидетелем, а возможно, и виновником пожара? Запись разговора с охранником базы есть в редакции.

Попытался я разобраться и с кадастровыми номерами сгоревших участков, и с указанным лесным кварталом, найдя их на публичной кадастровой карте Псковской области и на карте гдовского лесничества. И возник ещё один  вопрос: почему и в присланном мне сообщении от заместителя директора Себежского национального парка А. И. Стукальцова, и в копии письма № 199 от 30 марта 2021 года, подписанной руководителем КУ «Гдовское лесничество»  П. А. Соколовым, указаны кадастровые номера лишь трёх сгоревших участков вблизи лесного квартала № 629 и расположенных только на левом берегу реки Желчи?

Фрагмент карты гдовского лесничества с указанием лесных кварталов. Где выгорело, я указал красными галочками.

Левый берег пострадал гораздо меньше правого, на правом берегу выгорели площади в десятки раз большие. И никто об этом не пишет и не говорит. Инспекторы были, но сотни выгоревших гектаров не заметили? Мне думается, что почерневший правый берег «не заметили» лишь по той причине, что на него можно попасть только по воде, а плавательных средств на вооружении в инспекционный день под рукой почему-то не оказалось. Просматривается и ещё одна, более серьёзная причина игнорирования следов пожарища на правом берегу: земля там ничья! Такое предположение сделал в своём письме П. А. Соколов: «Правый берег Желчи – это земли бывших сельхозформирований: колхоз «Наша жизнь» (потом «Маяк») и совхоз «Ремда». В чьём ведении сейчас находится, у нас информации нет. Судя по публичной кадастровой карте, земля там не выделена».

Трудно даже представить весь вред, причинённый пожаром. В таком огне погибают почти все зайчата мартовского помёта, они никуда не убегают, сидят на одном месте и ждут, пока любая пробегающая мимо зайчиха их покормит. Если уже родились детёныши у норок, то могли задохнуться от дыма. Мелкие зверьки не успевают убежать от быстро распространяющегося огня — мыши, ежи, змеи, лягушки, ящерицы. А сколько насекомых гибнет – счесть невозможно. И это не учитывая погибшие растения.

Сгоревшие улитки. Фото из открытых источников.

И что в итоге? Предупреждение и предостережение предполагаемому хозяину базы, да и то если установят его адрес проживания (в Санкт-Петербурге). Гдовское лесничество отвечает только за леса, в МЧС говорят, что они отвечают только за жилища и жизни граждан, из Себежского нацпарка ответили, что правый берег – это не их территория (не земли Ремдовского заказника). И получается, что за сотни гектаров выгоревшего болота на правом берегу Желчи отвечать некому. Если только тетеревам и норкам с бобрами?

Фрагмент публичной кадастровой карты Псковской области с указанием номеров кадастровых участков. Из сообщений - пострадали только участки № 13, 28 и 29 на левом берегу.

Человек с острогой – это больше чем преступник

Кто это делает? Насмотревшись за многие годы на десятки береговых пожарищ, я всегда задавал этот вопрос и самому себе, и всем. И до поры однозначного ответа не было. Лишь предположения, что это малолетки хулиганят или раздолбаи-туристы неаккуратно с кострами обращаются, или рыболовы-курильщики непотушенную сигарету бросают. Но смущало то, что эти пожары происходят всегда в один и тот же период – сразу после ледоходов и распаления льда.

Иногда, рыбача в такое время на Вороне (левая протока в устье реки Великой), я наблюдал за день по пять-шесть серьёзных возгораний одновременно в разных концах южной части Псковского озера. Высокие столбы чёрного дыма в солнечную погоду были видны издалека. Выжигают камыши и сухую береговую траву на берегах многих рек и озёр Псковской области. При этом из года в год погибают звери, птицы, насекомые, а иногда и жилые дома загораются и даже люди гибнут. Но «фейерверки» каждую весну так и продолжаются.

А получил я ответ на беспокоящий вопрос лет семь назад в деревне Кола. Мы после успешной плотвинной рыбалки, причаливали к берегу, когда на нас сразу же набросились две возмущённые женщины: «Вы зачем камыш поджигаете? Два дня назад у нас чуть деревня не сгорела. Мы всю ночь тушили, еле-еле от огня отбились. И опять?»

Мы начали заверять жительниц деревни, что это не мы, а целый день действительно дымил и горел один из берегов и что там мы видели утром двух мужчин на деревянной лодке, возможно, их рук дело. Женщины немного успокоились и согласились: «Ну, это не наши были. Это, наверное, опять черти ремдовские».

Тут я и спросил: а зачем и кому это надо? Ответ меня убил наповал. Одна из женщин удивилась нашей неосведомлённости: «А вы что, не знаете? Да чтобы камыши не мешали колоть щуку». Вот это да! Оказывается, браконьеры с острогой во время нереста щуки (а зубастая, как известно, мечет икру в траве и камышах у самого берега) выжигают береговую растительность, чтобы обеспечить широкий обзор и убрать помехи для метания своего оружия. Пользование острогой запрещено, за это даже предусмотрено наказание в соответствующей статье Уголовного кодекса Российской Федерации. Позже я неоднократно слышал именно такое же объяснение всех береговых пожаров. Недаром говорят, что главный враг природы, самый страшный зверь – это человек. Трудно с этим соглашаться. В нашем случае браконьер с острогой в руках, скорее, не человек, а варвар. И преступник.

 

Николай Бесклёвный
Версия для печати

Как вы относитесь к решению сделать большие майские выходные?

Проголосовать >>>

Рейтинг@Mail.ru
Идет загрузка...