Студенты-медики рассказали, через что им пришлось пройти во время учёбы и практики
Студенты Новосибирского государственного медицинского университета рассказали gorsite.ru, почему решили стать врачами, как справляются с нагрузкой и какие случаи во время учёбы запомнили на всю жизнь. Педиатр Полина Ильинская призналась, что на первой операции её затошнило при виде крови, а будущий терапевт Павел Веденеев вспомнил, как из-за стресса попал в больницу уже на третий день учёбы. За годы обучения оба столкнулись с ситуациями, к которым невозможно подготовиться только по учебникам.
В семье Полины Ильинской есть медицинские работники, поэтому с детства она представляла себя врачом. Другие профессии девушка даже не рассматривала. И хотя учёба оказалась непростой, о своём выборе она не пожалела.
«Бывала сильная усталость от огромного объёма информации, может быть, что-то вроде выгорания, но уйти никогда не было желания», — рассказала Полина.
Девушка учится на педиатрическом факультете: ей нравится работать с детьми, с которыми, по её словам, легче находить общий язык, чем со взрослыми. С выбором специализации она пока не определилась. В разные моменты её привлекали гастроэнтерология и неонатология, а сейчас она рассматривает оториноларингологию — в этой области работает её отец.
Погрузиться в профессию студентам помогают практические занятия. Одно из первых серьёзных испытаний — посещение морга на анатомических практикумах.
«Я вообще до этого с мёртвыми не сталкивалась, а тут ты заходишь, и сразу с порога каталки лежат с людьми, вообще ничем не прикрытые. Запах там специфический, противный. Зрелище тоже не из приятных, потому что с трупами обращаются небрежно. Но плохо мне не стало. Ко всему можно привыкнуть, в последующие разы уже было не так противно», — поделилась студентка.
Позже Полина проходила практику в регистратуре поликлиники, отделениях гнойной хирургии, гинекологии и гастроэнтерологии. Самым сложным и интересным для неё оказался операционный блок.
Первой операцией, которую девушка увидела от начала до конца, стало удаление селезёнки. Размер органа поразил её: он оказался, как показалось студентке, примерно с её голову. Однако по-настоящему плохо ей стало позже, когда она обратила внимание на трубки, по которым кровь из брюшной полости поступала в большую ёмкость.
«В этот момент меня затошнило. Я понимала, что это первый признак того, что я могу сейчас упасть в обморок», — рассказала Полина.
Во время практики студентам приходится не только наблюдать за работой врачей, но и общаться с пациентами. И здесь тоже есть свои сложности.
По словам Полины, взрослые нередко относятся к учащимся медицинского вуза скептически: неохотно рассказывают о симптомах и ощущениях. Впрочем, встречаются и пациенты, которые идут навстречу будущим специалистам, помогают собирать анамнез и разрешают проводить осмотр.
С детьми, считает девушка, контакт иногда наладить легче, но возникают другие трудности.
«Дети рассказывают абсолютно всё, что можно и нельзя. Но дети не всегда чётко могут описать свои жалобы, в отличие от взрослых. Во-вторых, нужно взаимодействовать с родителями, а отсюда вытекает недоверие, потому что дети — самое ценное, что у них есть, и не дай бог какой-то студент прикоснётся или сделает что-то не так. К родителям тоже нужен особый подход», — объяснила Полина.
Сейчас девушка учится на четвёртом курсе. Теоретические занятия постепенно уступают место практике, которая даётся ей легче. Полина уже задумывается о трудоустройстве и недавно сдала экзамен, дающий право работать средним медицинским персоналом. Теперь она сможет попробовать себя в роли медсестры и ближе познакомиться с повседневной работой медиков.
Павел Веденеев выбрал медицину сразу по нескольким причинам. Он понимал, что врачи всегда будут востребованы, хотел получить серьёзное образование и проверить себя. На решение, возможно, повлиял и эпизод из юности: однажды за границей Павлу стало плохо, и он оказался в местной амбулатории. Тогда тётя спросила его, не хочет ли он сам стать врачом.
Была и личная причина: после расставания с девушкой в конце десятого класса Павел тяжело переживал случившееся и решил поступить в медицинский вуз, чтобы переключиться. Само окончание медуниверситета он воспринимал как большое достижение.
Однако первые дни учёбы оказались для него гораздо тяжелее, чем он ожидал. Во время экскурсии по университету студентам рассказали, что теперь им придётся забыть о привычной жизни и полностью посвятить себя учёбе.
«Я помню, что все похихикали, а я очень сильно испугался», — вспоминает Павел.
На третий день обучения стресс обернулся серьёзными проблемами со здоровьем. Утром студент не смог нормально поесть, его вырвало кровью, а затем поднялось давление. Мать вызвала скорую помощь, и Павла госпитализировали. Обследование выявило эрозивный гастрит.
Молодой человек тогда решил, что не сможет продолжать учёбу: он боялся пропустить занятия по анатомии, которые, как его предупреждали, пропускать нельзя, и не успеть наверстать материал. Родители не поддержали идею об отчислении. Через несколько дней Павла выписали из больницы, и он продолжил обучение.
Позже сомнения в выборе профессии вернулись во время практики в поликлинике. Большой поток пациентов, ограниченное время приёма, зависающие электронные медицинские карты и вызовы на дом, которых могло быть до восьми в день, заставили его задуматься о том, сможет ли он работать в таком режиме.
В итоге Павел понял, что хочет работать в стационаре, а не в поликлинике.
С посещением морга у Павла связаны одни из самых тяжёлых воспоминаний студенческих лет. На первом курсе будущим врачам не показывали само вскрытие, но они знали, что в соседнем помещении исследуют тело ребёнка, умершего от кишечной инфекции.
«Хотя во вскрытии не было ничего страшного, это меня настолько впечатлило, что эта девочка потом снилась мне пару ночей», — рассказал Павел.
Гораздо сильнее его потрясла практика по судебной медицине на шестом курсе. Уже на лестнице студенты почувствовали резкий запах. В коридоре лежали тела, в том числе обнажённые, некоторые — практически друг на друге. Одногруппница вцепилась в Павла и попросила провести её дальше, потому что ей было страшно. Часть студентов, не выдержав запаха и увиденного, развернулась и ушла.
В зале для вскрытий находились тела пожилой женщины и мужчины, покончившего с собой через повешение. Студенты осматривали их на предмет кровоподтёков, когда в помещение вошёл судмедэксперт и попросил их отойти.
Затем появился мужчина с пилой — как выяснилось, специалист, проводивший вскрытие. Павел подробно запомнил происходившее, включая исследование органов шеи и грудной клетки. Этот эпизод стал одним из самых тяжёлых впечатлений за время обучения.
Несмотря на молодой возраст, Павел уже сталкивался со смертью пациентов во время операций. Он вспомнил случай, когда проводил сердечно-лёгочную реанимацию женщине в тяжёлом состоянии. После ушивания операционной раны у пациентки остановилось сердце.
Коллеги попросили Павла выполнить реанимационные мероприятия. Он действовал правильно, но во время компрессий у пожилой женщины сломались рёбра — осложнение, которое может возникать у пациентов старшего возраста. Спасти её не удалось.
«К сожалению, пациентка всё равно умерла», — рассказал врач.
По словам Павла, медики продолжают бороться за жизнь человека до последнего, даже когда шансы невелики. Сам он тяжело переживает смерти пациентов и надеется, что со временем научится справляться с этими эмоциями.
Особое впечатление на него производят вскрытия людей, которых он прежде лечил.
«Очень необычное чувство, когда ты недавно лечил человека, разговаривал с ним, а теперь ему делают вскрытие при тебе», — признался Павел.
Он объяснил, что для врача это ещё и возможность разобраться в причинах смерти и понять, что произошло с пациентом.
Сейчас Павел заканчивает третий курс аспирантуры по направлению «Педиатрия» и работает врачом-терапевтом в отделении реабилитации одной из новосибирских клиник. Совмещать работу, учёбу и личную жизнь непросто, но уходить из профессии он не собирается.
При этом за годы обучения он заметил, что многие студенты в итоге не остаются в медицине. По его наблюдениям, некоторые девушки после замужества и рождения ребёнка решают сменить сферу деятельности и переходят, например, в психологию или IT.
Другой причиной ухода может стать эмоциональная нагрузка, связанная с постоянным общением с пациентами. Павел рассказал о своей супруге Ольге, в семье которой тоже много врачей. По его словам, она оказалась в медицине во многом под влиянием родственников, но работа с людьми давалась ей тяжело.
«Очень тяжело, когда каждый день к тебе приходят люди с жалобами, надеются на твою помощь. Это накладывает определённый отпечаток на психику и здоровье. Ты постоянно думаешь о пациентах, особенно если они тяжёлые. Каждый пациент — это, по сути, проект: в него надо вкладываться, думать, планировать. Уходя за пределы учреждения, надо уметь с этого переключаться», — считает Павел.
По его мнению, врачу важно научиться отделять работу от личной жизни, хотя на практике это получается далеко не всегда.
