Машина времени: пскович рассказал историю своей коллекции грампластинок

псковский коллекционер Андрей Кулаков. Фото Андрея Степанова.

Пскович Андрей Кулаков просит не называть его коллекционером и честно признаётся, что даже не знает точное количество имеющихся у него пластинок. Однако имя этого человека сегодня хорошо известно не только в России, но и за рубежом.

Некоторые люди сравнивают граммофонную пластинку с машиной времени. Можно закрыть глаза и перенестись на пятьдесят, сто лет назад, оказаться на концерте былой знаменитости, услышать голос знаменитого писателя или поэта. Грампластинка – своего рода соприкосновение с эпохой, которое никогда не смогут заменить ни книги, ни кинофильмы, ни рассказы бабушек.

Коллекция пластинок насчитывает тысячи экземпляров. Фото Андрея Степанова.

Мы все слушали пластинки

К нашей встрече в Псковской областной научной библиотеке Андрей Кулаков приготовил пластинки, книги, таблицы и… свои личные воспоминания.

«Все мы в детстве слушали пластинки. Их начали собирать ещё мои родители. Развлечений в 60-е годы прошлого столетия было немного. Когда собиралась компания, то все приносили пластинки для танцев, а чтобы те не перепутались, подписывали их. На пластинках тогда помещалось всего по одной песне на каждой стороне, поэтому рядом с патефоном или переносным электрическим проигрывателем в виде чемоданчика дежурил человек, чтобы вовремя её перевернуть», – вспоминает наш герой. 

Будучи студентом, Андрей уже покупал пластинки сам. Наверняка многие ещё помнят магазин «Мелодия» на Октябрьском проспекте, 18 в Пскове. На студенческую стипендию в 40 рублей тогда можно было приобрести пластинку, да не одну. Стоили они около 2 рублей.

В конце 80-х начали выпускать лицензионные пластинки. Без блата можно было приобрести даже записи знаменитой британской рок-группы «Пинк Флойд». Просто для этого приходилось отстоять огромную очередь. Кому-то доставалась заветная пластинка, а другим – нет. Кому не повезло, тот позже переписывал новинки любимых исполнителей на магнитофон. Понятно, что качество записи при этом ухудшалось, поэтому более престижным считалось иметь именно пластинку.

«В свободное время я до сих пор люблю слушать пластинки. Телевизор не смотрю, за исключением канала «Культура». Не вижу смысла тратить время на сериалы или фильмы, а чтобы быть в курсе последних новостей, достаточно прочитать заголовки статей», – делится собеседник.  

Вот уже несколько лет Андрей Кулаков является редактором сайта «Мир русской грамзаписи», где загружено 57 750 тысяч файлов с записями дореволюционных и ранних советских пластинок. Бесплатно посмотреть и послушать старые пластинки на нём может любой желающий.

Старая пластинка из коллекции. Фото Андрея Степанова.

«Пишущий Амур» и другие

 Для обработки русских записей и снабжения российского рынка в Риге была оборудована фабрика граммофонных пластинок и граммофонов. Официально общество «Граммофон» получило разрешение вести операции в России 2 апреля 1903 года. В том же году «Граммофон» выкупил фабрику в Риге у общества «Интернациональ Зонофон».

Долгое время пластинки «Граммофона» были только односторонними. К слову, послушать некоторые из них можно и сегодня. Андрей Кулаков загрузил на сайт односторонние пластинки нашего земляка Бориса Сергеевича Трояновского. Его виртуозную игру на балалайке Лев Толстой сравнивал с игрой Паганини. Для того чтобы услышать Трояновского, достаточно зайти по этой ссылке.

Военные действия 1914 года заставили фирму перевести своё производство из Риги в Москву, где на улице Щипок был оборудован завод «Пишущий Амур». В начале 1918 года московский завод был остановлен. Всё его технологическое оборудование передали фабрике «Пятилетия Октября» (прежде – «Братья Пате»).

Пластинка из коллекции Андрея Кулакова. Фото Андрея Степанова.

Музей в школе

«Статья не позволяет рассказать всю историю грамзаписи в России, она очень обширна, но об одном человеке рассказать необходимо. Вот эти две книги «История латышских грампластинок»  изданы у наших соседей. Их автор Атис Гунивалдис Бертыньш – удивительный человек! Он собирал пластинки с 1945 года. Приобрёл на хуторе здание бывшей сельской школы 1930-х годов постройки и переехал туда жить. После войны советские власти построили новую школу в городе Кулдига, а эту закрыли по причине ветхого состояния. На втором этаже он организовал музей старых пластинок и вещей повседневного обихода, который посещают современные школьники и любые желающие.

Примерно за год до смерти одного из самых известных в Латвии коллекционеров Андрей побывал у него в гостях и проговорил с ним пять часов подряд.

«Благодаря встрече с Атисом Гунивалдисом Бертыньшем я хорошо знаю сегодня историю фабрики Bellaccord electro, – продолжает Андрей. – Эта фабрика выпускала много пластинок с записями русскоязычных исполнителей, которые потом экспортировали в Харбин (Китай), где жила большая эмигрантская диаспора. Попадали пластинки и в Россию».

После присоединения Латвии к Советскому Союзу предприятие национализировали, а владелец эмигрировал. Завод начал выпускать советские марши и музыку. После захвата Латвии фашистами завод был возвращён прежнему владельцу, который поспешил вернуться на родину.

С той поры завод выпускал немецкие марши и музыку. Но прошли и эти времена. 13 февраля 1945 года, всего через несколько месяцев после освобождения Латвии от немецко-фашистских захватчиков, завод продолжил выпуск пластинок. Позже завод переименовывали в «Рижский», и уже в 1964 году он стал составной частью «Мелодии».

Еще один коллекционный экземпляр. Фото Андрея Степанова.

Мы наш, мы новый мир построим!

28 ноября 1918 года было образовано Центральное управление учёта, распределения и распространения произведений печати (Центропечать) ВЦИК, а при нём – отдел «Советская пластинка». Основными задачами агентства являлись распространение произведений печати (грампластинки тоже считались таковыми!), а также агитация и пропаганда новой политики Советского государства.

В начале 1919 года начались записи речей наиболее видных деятелей революции. В Кремль доставили звукозаписывающее оборудование, которое было экспроприировано у компании «Метрополь-Рекорд», а его бывших хозяев Ивана Молля, Августа Кибарта и тонмейстера Оскара Блеше «привлекли» к сотрудничеству с «Советской пластинкой». 

Каждый из курсировавших тогда по стране агитационных поездов брал с собой в поездку патефон с записями вождя. Многие граждане молодой Страны Советов читать не умели, да и печать листовок стоила немалых денег. А патефон на митинге могли одновременно послушать и десять, и сто человек.

«Проблема возникла только с выпуском этикеток, поэтому поначалу использовали старые, благо их на складах оставалось ещё немало. И только в 20-е годы на этикетках появился рисунок с изображением дискобола, который разбрасывал пластинки. А вот ещё этикетки. Крестьянин с пластинкой и человек с рупором от граммофона, который, кажется, так и кричит: «Мы наш, мы новый мир построим!»

В 30-е годы в стране появился Музтрест, в котором объединили сразу несколько заводов по выпуску пластинок. Продукция одного из них есть и у нашего героя. К слову, записано на пластинке выступление нашего знаменитого земляка Бориса Трояновского. Позже организовали Грампласттрест (названия в советское время были трудно выговариваемые, составленные из нескольких слов).

Свои первые пластинки в это же время выпустил Ногинский завод, построенный в Подмосковье. Когда в годы Великой Отечественной войны фашисты начали наступление на Москву, его оборудование было демонтировано и перевезено в Ташкент. 13 февраля 1945 года он выпустил там свою первую продукцию...

В годы войны бумаги катастрофически не хватало, поэтому этикетки для пластинок начали выпускать из обёрточной бумаги. Изменилась и тематика записей. Теперь это были патриотические песни, которые поднимали людей на борьбу.

«Таким образом, основных заводов по производству грампластинок в нашей стране было четыре: «Рижский», «Ленинградский», «Апрелевский» (в Подмосковье) и «Ташкентский». В 50-е годы наступила хрущёвская оттепель, и появилось много артелей. Всего их было 85. Вот, например, эту пластинку «Псковские частушки. Антонина Сметанкина» выпустила питерская артель «Пластмасс». После войны на ней работали слепые, поэтому пластинки часто попадаются с небольшими дефектами. А в 1964 году образовалась всесоюзная фирма «Мелодия». Все основные заводы были объединены, разноликие этикетки упразднены», – завершает краткий экскурс в историю грамзаписи наш собеседник.

Пластинка из коллекции. Фото Андрея Степанова.

Коллективное коллекционирование

Андрей Кулаков не считает себя коллекционером в классическом понимании этого слова. Единомышленников он находит на сайте «Мир русской грамзаписи», где участники загружают свои старые пластинки для бесплатного просмотра любыми желающими. Это и является своего рода коллективным  коллекционированием.

Несколько лет Андрей Кулаков потратил на то, чтобы собрать воедино всю историю грамзаписи в Советской России и сложил её в виде путеводителя по этикеткам пластинок, выпускавшихся с 1919 по 1969 год.

В Псковской областной научной библиотеке с гордостью рассказывают, что сегодня их коллекция насчитывает более шести тысяч пластинок. Читатели могут воспользоваться самым современным оборудованием для прослушивания записей и даже взять пластинки домой. А участником клуба филофонистов города Пскова «Эдисон» с недавних пор стал действительно уникальный человек – Андрей Кулаков.

Ольга Малинова
Версия для печати










Есть ли у вас интерес к летней Олимпиаде в Токио?

Проголосовать >>>

Рейтинг@Mail.ru
Идет загрузка...